Закрывают тему «рекордных» достижений экспертов люфтваффе исследователи, использовавшие современные моделирующие комплексы,
Урвачев не лукавил и когда говорил, что сбил больше самолетов противника, чем значится «подтвержденных» на его официальном счету, и что он точно не знает, сколько их было на самом деле. В связи с этим вспоминается один его рассказ:
«Мы парой вылетели на разведку и шли на бреющем. Внизу сплошной лес. Вдруг – огромная поляна и на ней взлетная полоса, по которой бежит «Хеншель-126» – был у немцев такой двухместный многоцелевой самолет, который мы называли «костыль». Я нажал гашетку пулеметов, в следующий момент мы опять были над лесом, и я даже не заметил, попал или нет.
Хотелось посмотреть, что получилось. Однако этот полевой аэродром наверняка был прикрыт зенитными «Эрликонами», которые просто не успели на нас среагировать, а теперь, конечно, были наготове. Поэтому мы над самыми верхушками деревьев развернулись, зашли с другой стороны, перед поляной сделали горку и увидели такую картину: самолет стоит, уткнувшись носом в землю и хвостом кверху, а по полосе от него бегут два немецких офицера, высоко вскидывая ноги и перебирая руками.
Сверху это выглядело так комично, что я не выдержал и рассмеялся. Конечно, надо было добавить в эту картину еще пару пулеметных очередей, но какая может быть война, когда смешно, и я не нажал гашетку. А «Эрликоны» затявкали нам вслед, когда мы были уже далеко».
На вопрос, записали ему на счет этот «Хеншель» или нет, Урвачев отвечал:
– А я и не докладывал, что его атаковал. В разведке это запрещено. Да и кто подтвердит? Свидетельства ведомого было недостаточно.
Из летной книжки капитана Урвачева следует, что в 1941–1944 гг. он совершил 472 боевых вылета на патрулирование, прикрытие объектов и войск, на перехват противника, разведку, штурмовые действия и на охоту, провел 22 воздушных боя, сбил четыре самолета противника лично и семь – в групповых воздушных боях. Видно, что он внес достойный вклад в боевую работу 34-го иап, на счету которого 7811 боевых вылетов, 241 воздушный бой и 109 сбитых самолетов противника (по неофициальным данным – 125). Это 15 % всех воздушных побед 6-го иак, хотя на полк приходилось едва 4 % всех сил и средств корпуса, в составе которого уже к августу 1942 г. были 21 полк и 700 истребителей.
Существенно для оценки боевой работы летчиков полка то, что она в основном пришлась на наиболее тяжелый период войны. По словам трижды Героя Советского Союза А. И. Покрышкина:
Заслуживают внимания индивидуальные результаты летчиков, из которых восемь стали асами, то есть имели на своем счету пять и более сбитых лично самолетов противника. А всего тринадцать летчиков полка значатся в списке наиболее результативных советских летчиков-истребителей Великой Отечественной войны, у которых общий боевой счет составляет не менее пяти сбитых самолетов, и в их числе две и более личные победы (в списке указывается количество сбитых летчиком самолетов противника – лично/в группе):
Александров Н. А. – 7/1
Байков С. Д. – 5/6
Букварев К. П. – 2/5
Киселев В. А. – 7/4
Коробов В. Ф. – 9/8
Мирошниченко Н. Ф. – 4/3
Найденко М. М. – 7/14
Платов С. И.[8] – 6/9
Потапов А. Н. – 2/3
Сельдяков Ю. С. – 3/6
Тараканчиков Н. Е. – 5/8
Тихонов С. Ф. – 6/2
Урвачев Г. Н. – 4/7
Это почти половина летного состава полка по штату, что удивительно, так как согласно мировой статистике более 80 % летчиков-истребителей, принимавших участие в боевых действиях за всю историю авиации, не сбили ни одного самолета противника.
