— Вот! — теперь и дядька удовлетворился. — Я вас по бородке клинышком узнал. Не коммунист, не атеист, ни вашим, ни нашим, а в Париж катается.
— Это не ваше дело! — оскорбился благообразный и отошел к другому борту, не желая дискутировать.
— Господа, господа! — вмешалась наконец Сабина. — Давайте лучше любоваться Парижем.
— Верно, — поддержал Зверев. — Он стоит обедни.
Обычная в таких случаях склока не зародилась, и экскурсия закончилась вполне мирно. Севка своего нового товарища увидел другими глазами и зауважал.
Еще и в самолете они толковали о всякой всячине, проясняли свои жизненные позиции, и Севка осознавал, что в его голове мусора хватает, четких ориентиров мало, а Зверев стоит на земле гораздо прочнее, лучше разбирается в жизненных коллизиях, хоть и купчик, фанфарон современного кроя, а когда объявили пристегнуть ремни, он совсем проникся к Звереву и сказал:
— Слушай, я тебя с отцом познакомлю, он меня встречать будет. Интересный ты мужик...
На большее не решился: отец строго-настрого запретил упоминать о его должности.
Хорошо, — кивнул Зверев и уставился в иллюминатор.
Севка даже обиделся, и еще больше, когда Михаил потерялся в аэропорту. Познакомишься с нормальным человеком, а он исчезает...
— Как, говоришь, звали твоего дружка? — спросил Судских сына. — Михаил Зверев? Снова увидеть хочешь?
— Не откажусь! — обрадовался Севка. — Здорово будет!
— Тебе здорово, а ему нагоняй светит.
— Так это твой подчиненный? — изумился сын.
— Мой, — ответил Судских. — Говорун... — И больше не комментировал. Вглядывался в трассу, освещенную фонарями. Моросило, в поздний час кое-где светились окна.
Своим живым повествованием о Звереве, понимал Севка, он подставил товарища. Ощущая неловкость, он перевел разговор на другую тему:
— Пап, а как Филиппу Красивому удалось разрушить такую мощную организацию тамплиеров?
— Помалкивал, вот и удалось, — все еще злился на Зверева Судских, но сыну об этом знать не положено, и он развил предложенную тему: — Король сознавал, что не сегодня-завтра масоны полностью поработят Европу, наведут свой порядок. Они были прекрасными конспираторами, а это говорит о многом. Ждать беды Филипп не стал. Он тайно уведомил соседей-королей, своих наместников и назначил точный срок ареста тамплиеров везде.
— А все же: не на богатство ли тамплиеров он польстился? — уводил отца дальше от Зверева Севка.
