«А не приложил ли к ним руку Сладковский? — размышлял Судских. Тихий и по-бормановски скрытный, Сладковский делал свое дело неприметно, а результатами его работы мог гордиться разведчик экстра-класса. — Придется Ванечке вновь прокатиться к братцу кролику Трифу, пока контейнер едет в Находку. Есть резон...»
— Представляешь, — сказал Бурмистров жене, — мы срочно возвращаемся в Люксембург.
— Ой, Ванятка, дважды молния в холм не бьет, — округлила глаза Дарья.
— К тому же связник забрал все деньги.
— Двести пятьдесят тысяч? — ужаснулась она. — А шубы?
— Какие, к черту, шубы? — разозлился Иван. — До шуб ли тут?
Нет, извините, — заартачилась Дарья. — Я не дура- патриотка, за просто так не работаю.
— Чего ты разблажилась? — утрясал назревающую перепалку Иван. — Будет тебе гонорар, Судских мне лично обещал. Давай попробуем? Попытка не пытка...
На этот раз никто не заказывал для них машин и номеров в престижном отеле. Сами взяли напрокат скромненькую «вольвочку» и поехали в Люксембург в далеко не лучшем настроении. Подходящее объяснение для Трифа занимало обоих всю дорогу, но ехали молча.
— Я так рад новой встрече с вами! — обрадовал их радушием прежний официант. — Вы убедились, что лучшего места для отдыха нет? — тараторил он, стараясь расшевелить невеселую Дарью. — Коттедж ждет вас, а соседа уже нет.
— Нет? — в один голос сказали оба.
— Уехал среди ночи скоропостижно. Рассыльный принес ему молоко, думал, он спит, а обедать он не пришел... Желаете перекусить с дороги?
. . — Сначала мы отдохнем, — ответила Дарья. —. Мы не прощаемся.
— Что будем делать? — спросил Иван Дарью по пути в коттедж. — В такую лужу сели. Но «жучки» надо осмотреть.
— Какие «жучки», Ванька? Мы никому уже не нужны.
Упрямый Бурмистров тем не менее обследовал все углы.
В подвале коттеджа картина неуловимо изменилась, постояв, припоминая, что именно насторожило его, Иван понял- таки: громадный шкаф для припасов сдвинут в сторону. Что ему до чужих вещей? — была первая мысль, но дотошность, к которой приучала служба, заставила докопаться до причин. В нижнем отделе ничего интересного, пусто. Для верности Иван постучал по задней фанерной стенке шкафа. Она двигалась! Достав перочинный нож, Иван поддел фанеру, и она легко поддалась.
— Мать честная! — заглянул за стенку шкафа Иван. Там оказалась пустота. Сбегав наверх за фонариком, Иван ничего не ответил на недоумение жены.
