Пламя будто взорвалось одновременно со всех сторон, необычно яркое и яростное. Стоя на коленях, Кронид просил Ория заступиться за Оками. Среди мороси прошелестел ответ: упокой его на возвышенном месте, ближе к погибшей родине и небу.
Еще трое суток Кронид без сна бесцельно сидел в землянке, не разводя огня, поминая товарища молчанием и отрешенностью. Великий грех возлег на него неведомо почему.
«Грехи наши в деяниях отцов наших. Аминь...»
Привыкший свободно носить свое тело, не обремененное печалью, он чутко откликался на томление внутри или взгоряченную кровь, а теперь вдруг перестал ощущать зов плоти, саму жизнь вокруг, не слышал своего сердца. «Во мне все перевернулось, я стал другим», — понял он свое состояние.
Впервые он нес бремя.
Голод растормошил его. К озеру он не пошел, не поднялся и в сопки, а отправился к завалу.
Снова внимательно Кронид обследовал все углы и в этот раз обнаружил нечто новое: за кладовкой была еще одна дверца с простой щеколдой, ведущая в каморку-запасник. Оттуда он извлек тяжеленный мешок и следом два легких дощатых ящика.
Нет, не зря пленил он себя в поганом месте!
В ящиках покоились жестянки, на каждой посредине узкая полоска металла, которая скручивалась посредством ключика с прорезью. Скрутив одну, он, к своей радости, увидел внутри галеты, тс самые лснд-лизовскис хлебцы, о которых рассказывал Пармен. Не удержавшись, он съел сразу штук десять. Сразу захотелось пить. Взвалив мешок на спину, а открытый ящик прихватив под руку, он вернулся в землянку. Чай с лимонником и галеты были настоящей наградой.
Потом он взялся за мешок. На ощупь — книги.
Кронид развязал мешок без особого волнения, из любопытства вынул конверт плотной бумаги, лежащий поверх книг. На конверте категоричная надпись: «Заместителю начальника УСВИТЛа[4] товарищу Сухову лично в его руки». Внутри конверта записка на тетрадном листке в линеечку: «Тов. Сухов! Срочно переправь эти книги в Москву лично полковнику Воливачу Вилору Степановичу. Их изъяли у староверов в Семучином ските. Очень важно! Дата: 2 марта 1953 года. Подпись: начальник спецлагеря 1/2 Кремнев».
Книги до адресата не дошли: через три дня связи нарушились.
У Кронида затряслись руки. Очень осторожно он погрузил их в мешок, еще более осторожно он вынимал книги.
