— О, как… Хорошо.
Он выдохнул с облегчением, будто получил даже больше, чем рассчитывал.
— Значит, работаем?
— Значит, работаем, — повторил я.
Но внутри я понимал — Дима парень мутный. Он мне не союзник. Он просто сейчас здорово боится, что его самого выкинут следом за мной, если что-то пойдёт не так. Но пока его интерес совпадал с моим, а значит — временный союзник мне не помешает.
— Ладно, Дим, всё это хорошо, — я хлопнул ладонью по столу. — Но обед никто не отменял. Где наши девчата?
— Таня к парикмахеру пошла, — ответил он, — а Люда в магазин за продуктами. Скоро должны вернуться.
— Отлично, — я потянулся, размял плечи. — Хоть сегодня поем спокойно.
Дима чуть улыбнулся, но в глазах мелькнуло что-то напряжённое, будто разговор для него ещё не закончился. Он снова наклонился вперёд.
— Слушай, Макс… Ты вообще на Таню виды имеешь?
Я замер на секунду. Вопрос не то чтобы неожиданный, но интересный.
— В каком смысле?
— В прямом. Вы же в одной комнате живёте. Теперь.
Я усмехнулся.
— Тебе-то что? я же не виноват, что у меня два дивана, а к тебе в конуру его не переставить. Не влезет.
— У вас с ней ничего нет, — он пожал плечами, но глаза его внимательно следили за мной.
Таня действительно спала в комнате со мной. Но спала — это не значит спала. Она чётко выстраивала дистанцию, умело играла на заботе и лёгких намёках. Я не брал ее штурмом, она девушка симпатичная, но не мечта жизни. С Димой она тоже играла — по-другому, но играла. А вот ко мне подходила с другим настроем. Её жесты, взгляды, случайные касания — всё это выдавало в ней охотницу, которая пока только выбирает момент. Со мной такое не прокатит, а вот Димка нервничал.
Стоило бы мне чуть надавить — и крепость падёт. Но я не торопился. Таня симпатичная, это да, но я слишком хорошо видел, что она за человек. А впутываться в её игры мне не хотелось.
— Не переживай, Дим, — сказал я спокойно. — Я джентельмен. Пока что…
Как раз в этот момент в замке провернулся ключ, дверь распахнулась, и на пороге появились обе — Таня с новой причёской и хозяйка с пакетами.
— Мужчины, вы уже голодные? — весело поинтересовалась Люда, таща сумки на кухню.
Таня кинула на меня быстрый взгляд, приподняла бровь — мол, как тебе?
Я лениво осмотрел её. Локоны чуть растрёпаны ветром, но причёска ей шла — скулы подчёркивала, глаза заиграли. Она умела подать себя правильно.
— Неплохо, стильно, — оценил я вслух.
— Просто неплохо? — она надменно скрестила руки, но губы тронула улыбка.
— Вполне достойно афиши нашего концерта, — подмигнул я.
— Концерта⁈ — Таня удивлённо вскинула брови. — Какого ещё концерта?
Люда тоже замерла, явно не догадываясь, о чём это я.
— А вы не знали? — я с лёгкой ухмылкой обвёл их взглядом. — У нас намечается большой концерт. Главный культурный рывок года, так сказать.
— Это когда ты придумал? — Таня сузила глаза.
— Сегодня, не вижу смысла тянуть. Раз уж нас хотят утопить, значит, покажем, что мы ещё плавать умеем.
Они переглянулись, и в этот момент я понял — пока не объясню, во что их втягиваю, дело не сдвинется.
— Давайте так, садитесь все, — я показал на стол. — Объясню с самого начала.
Людмила села первой, аккуратно поставив пакеты на пол, смахнула ладонью невидимую пылинку со скатерти. Таня устроилась напротив, закинув ногу на ногу — типичный жест человека, который внешне демонстрирует расслабленность, но внутри весь в напряжении. Дима прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, и внимательно следил за мной.
— Так вот, — начал я вещать. — Что у нас сейчас есть? Отдел культуры, который Рубанов уже приговорил. Проверка, которая должна официально это подтвердить. И весь этот цирк задуман для одной цели — показать, что всё, что делал отдел, никому не нужно. А значит, можно нас к чертям сократить и бюджет перераспределить.
— Это-то мы уже поняли, — кивнула Люба. — Но причём тут концерт?
— А вот тут самое интересное, — я слегка наклонился вперёд. — Если к приезду проверки у меня будет не просто отчётная папка, а живое доказательство, что культура работает и нужна людям, у них не будет шансов.
— Доказательство? — Таня прищурилась. — И это концерт?
— Не просто концерт, а событие года, — я улыбнулся. — Нам надо за пару недель сделать такое, чтобы пришли все. Чтобы пресса была, чтобы слухи ходили по всему району. Чтобы не было ни одного человека, который бы не знал — отдел культуры работает. Не на бумаге, а на сцене.
— И кто там выступать будет? — Таня скептически изогнула бровь. — У нас, кроме Вероники с баяном, артистов нет.
— Есть, — я сделал паузу. — Панки.
— Чего⁈ — Люда чуть не выронила чашку, а Таня подавилась.
— Те самые, — подтвердил я. — Они теперь наши помощники на исправительных работах. Мы сделаем из них концертную бригаду. С ними не просто концерт получится, а шоу. Они же музыканты, у них в квартире я видел гитары и прочие барабаны.
— Панки и шоу? — Таня пожала плечами. — Это как?
— Вы только представьте: на сцене бывшие хулиганы, недавно подъезды обсыкали, а теперь исполняют популярные хиты. Реабилитация через культуру. Это такой инфоповод, что его даже в область подхватят.