Когда я, преображенный, вернулся обратно в гостиную, то Отнорт прикончил остатки, так полюбившегося ему, вина и с нетерпением поглядывал на дверь моей спальни. Увидев, во что я одет на этот раз, восторга, конечно, не высказал, но и озвучивать свою точку зрения на одежду, в которой сейчас прибывала принцесса Алиса, не решился. Несказанно обрадовался подаренной ему шпаге, сразу, как профессионал, оценив качество клинка. После этого одев на себя перевязи со шпагами, мы с моим сопровождающим, дорогой, который вел меня в первый мой день лейтенант Тубара, и которую я хорошо запомнил, двинулись на выход из дворца. Несмотря на позднее время, проблем с охраной и патрулями не возникало: достаточно было продемонстрировать кольцо с красным камнем на левой руке, как все сгибались в низком поклоне, и желали Её Высочеству со своим спутником доброго вечера.
До дома, в котором проживал граф Ружен, дошли за десять минут неспешного шага. Только я взялся за кольцо, чтобы постучать, как из дома бегом выскочили слуги, чтобы проводить дорогих гостей внутрь здания. Видеонаблюдение они, что ли установили? Долго рассиживаться с радушным хозяином не стал. Только поинтересовался, как самочувствие приёмной дочери? Получив восторженный благодарный ответ, познакомил его с моим соратником, господином Отнортом, о котором попросил позаботиться лично. А также ещё об одном человеке, которого доставят сюда завтра. Уже прощаясь с графом наедине, посоветовал присмотреться к Отнорту, который отказался идти ко мне на службу, Но он очень надёжный надёжный и преданный человек, который просто попал в неблагоприятные жизненные обстоятельства. А затем от себя ещё добавил, что такие люди, просто так, на дороге не валяются.
Сославшись на государственные дела, из-за которых не могу уделить больше времени, такой приятной беседе с графом Ружен, я быстро отвалил обратно во дворец. В результате недавно полученных знаний, и сделанных мною на основе их выводов, на душе было муторно. Зайдя в модуль, и на автомате переодевшись в кукольный наряд, который уже воспринимался мною, как домашняя одежда, на подобие, халатика, я уселся в кресло и, сварганив себе полуторалитровую бутылку охлаждённой кока- колы, стал неспеша обсасывать текущее моё положение. По всем прикидкам было видно, что оно, хоть и медленно, но заметно ухудшается. Правильно говорят: многие знания — многие печали. Главное было, полное непонимание тех событий, что произошли здесь с Алисой, три года тому назад. И только до конца разобравшись с этой тайной, я смогу выстроить свою линию поведения с наблюдателем. Вылив остатки жидкости в хрустальный бокал, и опорожнив его одним махом, смакуя, как колючий сладкий комок катиться по пищеводу я, выбросив использованную пластиковую тару в утилизатор, поспешил в кабинет графа Деберга, чтобы перекинуться с ним парой фраз. Мне повезло встретит его в коридоре, уже уходящего домой. Там, после взаимных приветствий, и его тирады о том, как чудесно сегодня выгляжу, я попросил передать королю, что покидаю дворец на пару суток по неотложным делам. И пусть обо мне не беспокоятся. Вернувшись в свои дворцовые покои и зайдя в комнату с платьями, я дал команду Лисе сначала сформировать адресный маяк, а затем открыть портал к Марии на базу. Как только образовалось окно с мутью, смело шагнул в него.
Прав был Пушкин, когда писал: и опыт — сын ошибок трудных… Теперь я точно знаю, что нельзя, ни в коем случае делать, перед переходом — это пить кока — колу. Потому что первым адресом, который я бегом посетил на базе, был не диванчик в зоне приёма, а ближайший туалет. В навороченный компьютерный унитаз, как и всё на этой базе, я вывернул без остатка всё то, что выпил до переход. И уж только потом доковылял до диванчик, на котором Лиса начала приводить меня в относительный порядок. Когда меня посетила Мария, то я уже мог на нём уверенно сидеть.
— Сестрёнка, какое миленькое у тебя сегодня платьице! — воскликнула она, увидев меня, расположившегося на диване. — Я себе тоже хочу точно такое же!
— Сейчас немного оклемаюсь и нарисую тебе полные выкройки на него. Будешь ночами его шить, как приданное к своей свадьбе, чтобы потом, одев его, уделать, своего жениха, ещё до брачной постели.
— Тебя, юморист доморощенный, вообще, каким ветром сюда занесло?
— На побывку.
— А на помывку?
— И на помывку тоже.
— И тогда, какого лешего ты тут расселся, когда старшая сестрёнка так скучает о младшей напарнице в бане, когда некого потискать в своё удовольствие.
После этих слов, она схватила меня за руку, и потащила, с азартом, в наше японское ванное чудо. И чего девушки так обожают совместные банные процедуры. Настоящих мужиков им, что ли не хватает? Если бы я сейчас был парнем, то за это действо проголосовал бы обеими руками, и может даже и ногами. Но теперь, находясь в теле четырнадцатилетней девочки, особенных восторгов не испытывал.
