После того, как служанка убрала со стола опустевшую посуду, она принесла взамен два фужера, и невероятно красивый хрустальный кувшин с вином. Когда ставили его на стол, то Мишлен пытался отследить мою реакцию, на невероятное чудо для этого времени. Но был неприятно раздосадован, и в то же время кивнул своим мыслям, подтверждая сделанные для себя ранее выводы. Я отреагировал на произведение искусства, словно был поставлен на стол обыкновенный глиняный кувшин. Он точно знает кто я, решив передо мной пофорсить, и этим поступком, выдал себя передо мной с головой. Теперь и я точно знаю кто он.
— Уважаемый господин Максим, — начал трактирщик Мишлен. — Мне удалось поговорить с нужными вам людьми. Они согласны, чтобы вы оплатили все долги Тука. Завтра пойдёте прогуляться к королевскому дворцу, где к вам подойдёт полуслепой нищий и скажет: "как жаль что, у меня нет глаз, чтобы насладиться вашей неземной красотой". После отдадите ему столько денег, сколько он скажет, и долг мальчика будет погашен. Со второй вашей просьбой намного сложнее. Уважаемые люди согласны только поменять жизнь одного человека, на жизнь другого. Если это приемлемое для вас условие, то позднее они укажут вам, кто это будет. Не судите меня строго, господин шевалье Максим. Это всё, что мне удалось выторговать у них, относительно вашего подопечного. Другого решения этого вопроса никогда не будет. Это последнее их слово.
— Дорогой друг! — прокричал я, порываясь его обнять. — Да. Да. Позвольте мне вас так называть. Вы почти король, нет вы настоявший Бог. Не один смертный, не смог бы мне помочь с этим вопросом. И только Вы откликнулись на мою невыполнимую просьбу, по доброте вашей души. И каким-то чудом смогли её исполнить. Теперь я, шевалье Максим, перед вами в неоплатном долгу, и выполню все, что смогу, если это в моих силах, чтобы помочь вам.
В общем, так, мы с ним хорошо посидели в вдвоём. Вино было на самом деле отличным. Очень приличный вкус, а в остальном, для меня, как обычно, не крепче воды. Моего собутыльника, если можно так сказать об этом случае, даже немного повело, и потянуло на разговоры, но он мужик оказался крепкий, сумел себя сдержать, и не наболтать лишнего. Всё равно я его потроллил, капитально от души. Догадался ли он о том, что долг перед ним на себя повесил шевалье Максим, которого скоро не станет, а Алиса так ему нечего и не должна? Пускай завтра на свежую голову, поломает себе мозги, решая непростой для него вопрос: что я о нём знаю, а что нет. Вот будет потеха, жаль, что этого цирка, я так и не увижу. Когда распрощались, за окном стояла темень: луна была скрыта тучами, а блага цивилизации, в виде уличного освещения, до этого района города ещё не добрались. Коммунальщики явно приворовывали королевские деньги.
Когда до моей гостиницы осталось всего минут двадцать прогулочного шага, Лиса заявила, что слежка за нами активизировалась и нас стали брать в кольцо, видно собираясь провести операцию по захвату моего тела. Ну-ну. Поглядим, чем всё это для них закончиться. Спустя пять минут дорогу мне перегородили два господина в черном одеянии со шпагами в руках, пытаясь рассмотреть меня в темноте. За моей спиной возникла аналогичная пара, но вооружённая, для разнообразия, взведёнными арбалетами, направленными мне в спину. Благодаря Лисе я их обозревал отлично, а они меня еле-еле, если, конечно, не применяли спецсредств, для виденья в темноте. Один из передних супротивцев, подошёл ко мне почти вплотную, уперев остриё шпаги в правое моё плечо, и заявил:
— Господин шевалье Максим. Немедленно сдайте сейчас своё оружие и пройдёмте с нами.
— Я арестован?
— Все будет зависеть только от вас. С вами хотят побеседовать люди, которые имеют право задавать вопросы, и получать на них честные ответы. Ваше дальнейшая судьба будет зависеть от вашей искренности в этой беседе, и поторопитесь, они не привыкли ждать исполнения своих приказов.
