Люди, готовясь к гипотетической драке с т’сареш, возились долго. На обед прервались, когда уже прошло больше половины третьей смены. Мне из фургона ничего видно не было. Только один раз повозка дернулась, немного проехала и остановилась. Наверное, передвигали в начало каравана. Я уже всерьез проголодалась и собиралась кричать, только не могла решить, кого именно из них звать, когда в фургоне появился майор и потащил меня обедать.
Готовил на этот раз не Стингер, а Тирли. И готовили они что-то свое, я такого никогда не видела, поначалу даже есть было как-то боязно. Что-то длинное, белое, склизкое… Правда, посмотрев, как люди все это употребляют, решилась попробовать. Уж если они не боятся, то и мне как-то не положено. Оказалось, получше, чем каша Стингера. На вкус хлеб из пшеничной муки напоминало, только они туда еще солонины накидали и чего-то из овощей покрошили. Ничего так варево оказалось, сытное на удивление. Я одну тарелку сжевала, и как-то больше не захотелось. Хотя до этого есть готова была, не останавливаясь.
Потом майор своих людей опять работать разогнал, а меня в фургон отнес. Я думала, он тоже убежит, но остался.
— Шелли, ты как, если поговорить немного? — спросил майор и вытащил из своих сумок несколько листов бумаги, какую-то странную коробочку черного цвета и их весьма необычную самописку, совершенно не похожую на наши. О как, когда это он все на себя по новой нацепить успел? Я завозилась, пытаясь устроиться поудобнее и при этом не потревожить раненую ногу. Плечом не шевелить я уже приноровилась. В итоге скрутила одеяло в комок и запихала его под спину.
— Ну можно, — улыбнулась человеку. Про то, что я на него обижалась, я уже как-то забыла. — А о чем?
— Как ты сама догадалась, мы не из этого мира, — начал майор, очень естественным для себя жестом почесав самопиской затылок. — И абсолютно ничего о нем не знаем. Ну, почти ничего…
— И ты хочешь, чтобы я тебе все-все-все рассказала?
— Ну не все… Но кое-что хотелось бы услышать. Давай так, я буду задавать вопросы, а ты ответишь. Если я вдруг чего-то спрошу, о чем не принято говорить, или еще там что, вроде как с моим прозвищем, ты говори сразу, ничего страшного.
— Хорошо, — кивнула я. — Папа очень постарался, чтобы дать мне хорошее образование. Единственное, чего он не хотел для меня, так это карьеры воина. Просто для нашего народа я довольно слабенькая и болезненная… Если встретишь других тифлингесс — сам увидишь. У нас-то в караване на этот раз как-то одни мужики подобрались. Так что никаких военных тайн клана я тебе не смогу выдать просто потому, что их не знаю… А так постараюсь ответить.
— Ладно. — Майор чем-то щелкнул на своей коробочке. — Ты упомянула, что этим миром правят вампиры, ты назвала их т’сареш. И сказала, что у них несколько государств, э-э-э, семей, если я правильно запомнил. Давай сначала про них, кто у них главный, как строятся взаимоотношения между семьями, какова их иерархия, как они относятся к остальным расам…
— У них не государства, у них именно семьи, — начала рассказывать я, — правит семьей Древний. Вернее, правит — не совсем точное слово, Древний и есть семья, а все остальные т’сареш — это источники его силы и его инструменты для взаимодействия с окружающим миром…
Надо же, а мне казалось, я уже забыла все эти нудные уроки по политической географии. За полной их ненадобностью. Ну кто из разумных на Дее не знает, кто такие Древние. И кому интересно знать об отношениях Древних с высшими и приближенными. Все равно подавляющее большинство разумных стараются с т’сареш не встречаться. А если и встречаются, то максимум со старшими. То, что мой отец вел дела с одним из приближенных, в свое время явилось для меня полной неожиданностью. И сейчас буквально вбитые в мою несчастную голову знания о политическом устройстве нашего мира всплывали, подгоняемые вопросами майора. Ага, именно вбитые, политику преподавал мастер войны и за невыполненные задания обычно прописывал три-четыре малые стражи дополнительной физподготовки после занятий.
Мы проговорили так до заката. Майор внимательно слушал рассказ, но записывал за мной как-то странно. Иногда делал коротенькие пометки, а иногда фиксировал явно дословно, даже заставлял меня повторять некоторые вещи. Я успела рассказать практически все, что знала об упырях, правда, майор несколько напугал меня, заявив, что, мол, пока про них хватит, остальные вопросы он задаст позже. Дальше я начала рассказывать об эльфах, причем тут майор задавал гораздо больше вопросов. Часто он переспрашивал об абсолютно общеизвестных вещах, о которых я раньше и не задумывалась. Например, почему эльфы называют себя перворожденными. Или почему их повсеместно называют бессмертными, хотя, по сути, они всего лишь долгоживущие, если сравнивать с остальными расами. Попросил описать внешность, как он выразился, типичного эльфа, чем вызвал у меня несколько сдавленных смешков. А когда я описала, расхохотался, сказал, что Тирли будет счастлив это услышать. Правда, почему — пояснить отказался.
