И как раз в этот момент в фургон просунулась голова упомянутого Тирли и позвала нас ужинать.
Наш лагерь разительно изменился. Если раньше костерок был разведен на противоположной обочине от той, где стояли все фургоны (собственно, я сама с помощью Потапыча и отводила харра к кустам сегодня утром), то теперь четыре повозки как бы закрывали кострище. Пятая стояла против четвертой на другой стороне дороги, и внутри явно кто-то возился, было видно, как периодически колышется тент.
Меня усадили на мое «любимое» бревнышко, демон, у меня скоро вечный синяк появится, и сунули в руку тарелку с едой. Я настолько проголодалась после расспросов майора, что даже не обратила внимания, чем меня решили травить сегодня. Пахнет съедобным, и ладно. После еды опять пили какую-то заваренную траву из запасов людей. Непривычно, если честно, лучше бы сидра налили, тем более что есть еще, но у них какое-то странное предубеждение против алкоголя. Действительно странное, запросто могут выдуть кружку «горючего», да и не заметила я, чтобы от сидра они носы воротили, вкусно же, но пьют какую-то траву в кипятке. А чтобы опьянеть, мужикам таких габаритов надо каждому по бочке уговорить, у нас в караване столько не отыщется.
А с другой стороны… Они же все на себе перли, и так у них на удивление много снаряжения. Точнее, на первый взгляд кажется, что и не очень много, но когда они начинают доставать еду, лекарства, оружие… оказывается очень так не хило… Просто все крайне аккуратно сложено и в итоге занимает совсем немного места.
— Народ, хотите хорошую новость? — неожиданно спросил майор. Все промолчали, но как-то заинтересованно на него посмотрели.
— Собственно, это специально для Тирли, — не стал тянуть он, — кроме вампиров и тифлингов, которые оказались совсем не такими страшными, какими могли бы быть, — он весело подмигнул мне, — тут есть гномы, орки и самое главное… тут есть эльфы! Описание, предоставленное научным консультантом, подозрительно совпадает с тем, которое сделал наш радист после того случая, когда единственный раз выбрался со своей супругой и ее друзьями на природу. Вот только выражение «рукозадые гомосеки» я Шелли объяснить не смог и потому не уверен насчет правильности эпитета.
Все, кроме жреца и самого Тирли, весело засмеялись. Мне тоже было как-то не совсем понятно, как мое описание эльфов, вполне академическое (я, между прочим, медицинский справочник по разумным, изданный в академии, цитировала), могло совпасть с рассказами Тирли. Ведь майор говорил, что у них эльфов нет.
— Слушай, майор, — дернула его за рукав, — а зачем ты обманываешь. Ты не объяснял мне выражение «рукозадые гомосеки». И вообще, рукозадые-то понятно, хотя у эльфов руки не оттуда растут, а как у всех нормальных разумных… Или это значит, что они руками в за… э-э-э… этом самом ковыряются? Но зачем??? И кто такие гомосеки?
Теперь заржал уже и Тирли, только жрец сохранял на лице какое-то не очень одобрительное выражение.
— А это пускай тебе сам капитан объясняет, если ты его, конечно, уговоришь, — отсмеявшись, но продолжая крайне ехидно улыбаться, сказал майор.
Я состроила на лице свое самое жалостливое из вопросительных выражений и повернулась к Тирли. Однако он почему-то упорно от меня отворачивался, пытаясь подавить смех, и что-то неразборчиво бормотал. Я разобрала только что-то про маму эльфов, обещание засунуть кому-то язык в задницу и то ли предположение, что у эльфов растет во рту мужской половой орган, то ли пожелание им его туда засунуть. Причем почему-то один орган и сразу всем эльфам… А-а-а-а-а, это что-то вроде оркского у них, наверное, только у орков все ругательства связаны с фекальной тематикой, а у них — с постельной и вообще с размножением.
— Слушай, а почему ты Тирли и Стингера «капитанами» называешь? Или они и в самом деле кораблями командуют, просто решили на суше повоевать? — решила поинтересоваться я. Все равно насчет их «оркского» они наверняка мне не ответят. Хотя перевод я благодаря амулету и получала, но он оказался, что называется, дословным, а многие слова были явно связаны в выражения с каким-то скрытым смыслом, и тут «понималка» выручить уже не могла. А если я у них спрошу, скажут то же, что и наши, мол, приличной девушке это знать ни к чему.
— Ну, в нашем языке это слово означает не только командира корабля, — сказал майор, — это еще и воинское звание. Что-то типа сотника…
— У вас сотник равен капитану корабля? — Я очень сильно удивилась. — Но ведь научиться управлять кораблем гораздо сложнее, чем командовать сотней. Да и на корабле, особенно военном, как правило, больше сотни матросов…
— Не совсем так. Просто это слово имеет два значения, никак друг с другом не связанных. В данном случае и Тирли, и Стингер — это именно что-то вроде сотника, хотя сотнями никогда не командовали…
