Начало опричнины полностью

В первую очередь действие новых порядков испытали на себе удельные князья Старицкие и их родственники. Жертвами опричнины стали члены княжеского рода Патрикеевых, ближайшей родни княгини Ефросиньи Хованской-Старицкой. К семье Патрикеевых принадлежали помимо Хованских также Куракины и Щенятевы. Патрикеевы пользовались большим влиянием в Боярской думе и занимали высшие воеводские посты. К началу опричнины четверо старших братьев Куракиных, носившие боярский титул, служили главными воеводами в четырех крупнейших крепостях России: Новгороде Великом, Пскове, Смоленске и Казани¹²⁶². Князь И.А. Куракин возглавлял правительство Углицкого удела с момента образования его в 1560 г. и до смерти слабоумного углицкого князя Юрия Васильевича в октябре 1563 г.¹²⁶³ Позже первый углицкий боярин попал на службу в Казань. Тотчас после введения опричнины царь вызвал князя И.А. Куракина из Казани и велел насильственно заточить его в монастырь¹²⁶⁴. Одновременно боярин князь П.А. Куракин был отозван из Смоленска и «в опале» сослан на воеводство в Казань. Там он получил поместье. Вместе с ним в ссылку попал младший из Куракиных воевода князь Григорий¹²⁶⁵. Есть основание предполагать, что одновременно с Куракиными «гонению» подвергся боярин князь П.М. Щенятев-Патрикеев¹²⁶⁶.

В начале опричнины Грозный окончательно завершил чистку правительства Старицкого княжества, удалив из него всех неблагонадежных лиц: князей Хованских, дворян Колычевых и т. д.

Санкции опричнины против Старицких завершились изгнанием князя Владимира Андреевича из его родового гнезда и ликвидацией Старицкого удельного княжения в его традиционных границах. В виде компенсации двоюродный брат царя получил из казны обширные владения в других уездах страны.

Старицкий должен был согласиться на обмен под давлением правительства. Но в некоторых отношениях мена носила почетный для него характер. В свое время Иван III отказал Дмитров старшему из удельных князей, своему второму сыну, тогда как Старицей владел младший удельный, пятый сын великого князя. В прочих отношениях променянные земли были примерно равноценными. Вопреки мнению ряда исследователей (С.Б. Веселовский, П.А. Садиков), Старицкое удельное княжение не сразу перешло в опричнину, и вначале было передано в ведение земщины¹²⁶⁷.

Царь Иван и его опричное правительство в обмене непосредственно не участвовали. Всю операцию должна была произвести земская Боярская дума, выделившая для этой цели специальную комиссию. В нее входили боярин и конюший И.П. Федоров, земский дворецкий боярин Н.Р. Юрьев, глава Казенного приказа Н.А. Фуников и глава Поместного приказа дьяк П. Михайлов. Правительство удела представляли новые старицкие «вассалы» боярин князь А.И. Нохтев-Суздальский, дворецкий С.А. Аксаков и дьяк Я.Г. Захарьев-Гнильевский¹²⁶⁸.

В течение января – марта 1566 г. земская комиссия осуществила последовательный обмен столицы удела, города Старицы, на город Дмитров, затем города Алексина на город Боровск и крупное село Мошок в Муроме и, наконец, города Вереи на Звенигород и Стародуб Ряполовский¹²⁶⁹.

Обмен удельных земель повлек за собой окончательный роспуск старого удельного двора князей Старицких. Основная масса Старицких вассалов, сидевшая на поместьях в Старице, Верее и Алексине, перешла на службу в государев двор. Новый двор Владимира Андреевича был укомплектован за счет помещиков Дмитрова, Боровска, Звенигорода и Стародуба. Что касается вотчинников, живших на территории прежнего и нового уделов, то они могли служить при царском или удельном дворе по своему выбору. Относительно этой категории вассалов в меновных грамотах царя со Старицким было сказано: «и тем людем служите государю царю… или которые похотят служите… князю Володимеру Андреевичу… волно где хто хочет»¹²⁷⁰. Договор Грозного с удельным князем исходил, таким образом, из старинного правила, сложившегося в междукняжеских отношениях в период раздробленности: «а боярам и детям боярским и слугам промеж нас волным воля»¹²⁷¹. Дмитровские вотчинники могли перейти на службу в удел. Точно так же старицкие вотчинники, тянувшие теперь судом и данью к московскому правительству, могли служить князю Владимиру, сохраняя свои вотчинные владения в Старице. На практике обмен землями привел к массовому «отъезду» вотчинников Старицы и Дмитрова из удела. В царском архиве хранились длинные «списки-имяна детей боярских, которые приехали от князя Володимера Ондреевича и которых царь и великий князь взял у князя Володимера Ондреевича в свое имя»¹²⁷².

Главнейшим результатом «перемены» Старицкого удела явился окончательный роспуск старицкого двора и армии. Основная масса удельных детей боярских, издавна служивших Старицким, перешла на государеву службу.

В конечном счете не следует слишком преувеличивать значение такой меры, как обмен Старицкого удела. Вследствие обмена князь Владимир Андреевич получил вполне равноценные земли. На месте Старицкого удела появился столь же обширный Дмитровский удел.