— Длинное и совершенно ненужное, — я обхватил себя руками. Меня начало ощутимо трясти от холода. Я понимаю магов, нет, правда, понимаю, я бы тоже постарался всех Темных со света сжить. Представляю, чем могла закончиться подобная безнаказанность. Так что сами виноваты, что их вырезали.
— Какое есть, — Хмырь на секунду задумался и продолжил. — В то время, о котором я хочу рассказать, Империя находилась в самом своем расцвете. Правил, разумеется, Император, а у Императора был сын. Однажды он поехал на охоту в свои дальние угодья, которые находились где-то поблизости от этих болот, и обнаружил, что маги решили уничтожить болотный народ, а само болото осушить, чтобы построить здесь крепость. На самом деле, уничтожить можно кого угодно, даже таких древних существ, как мы, — Хмырь снова задумался. — Я не знаю, что двигало принцем в тот момент, но он остановил бойню. Возможно, он просто пожалел нас. Чтобы избежать дальнейшей конфронтации, принц выкупил эти болота у одного из своих вассалов и построил здесь охотничий домик, прекратив, таким образом, попытки избавиться от болота и населяющих его жителей. Впоследствии, этот принц стал Императором, самым лучшим, к слову. Время его правления отмечено как расцвет Империи. Он совершил много великих дел, но лично нам, болотникам, все эти дела глубоко безразличны, а вот то, что он, воспользовавшись своим авторитетом, решил, что мы достойны продолжать свое существование, это да. Мы пытаемся быть благодарными, мы сохраняли его дом и сейчас оберегаем, и сохраняем школу, которую сделали из этого дома, но это очень сложно, пытаться выразить благодарность тому, кому она не нужна. Возможно, сейчас у нас появится шанс хотя бы частично закрыть свой долг, послужив одному из потомков принца Дэрика.
— Да ему просто на всех вас было на… наплевать. Сделал доброе дело, сам потом офигел от сделанного, или кто-то помог понять из доброй родни, ведь деньги-то, скорее всего, немаленькие в какое-то вшивое болото вбухал, и постарался забыть, — пробормотал я на грани слышимости. Хочет верить в зачатки совести хотя бы у одного Темного, кто я такой, чтобы его переубеждать? А вслух тем временем продолжил. — А при чем здесь все-таки я, зеркало и портрет?
— А при том, что мужчина на портрете и есть тот самый принц. Его имя было Дэрик Фолт.
Я настолько удивился, что даже трястись перестал. Теперь я понял, кого напомнил мне мужчина на портрете. Он напомнил мне меня. Точнее, я был очень похож на него. Скорее всего, именно так я буду выглядеть, когда вырасту. Только у меня никогда не будет этих идиотских усиков!
В молчании мы продолжили свой путь. Очень скоро мы подошли ко рву, мост был опущен, а ворота открыты. Во многих окнах горел свет. Я обернулся, чтобы поблагодарить своего провожатого, но его не было рядом. Пока я задумчиво брел по болоту, а потом рассматривал мост, я упустил тот момент, когда он исчез. Не удивительно, я ведь думал о таких странных для нашего времени чувствах: о совести и благородстве. Есть ли на самом деле такие качества у Темных магов? Я могу с уверенностью сказать про себя, что совесть у меня все же есть. Не в том количестве, на которое рассчитывали бы родители — мать с Аресом, Казимир вряд ли на что-то там во мне рассчитывал, но все же. Хотя у многих людей и других магов та же совесть не представлена даже в качестве атавизма. А так ли плохи были Темные? Или все зависит от воспитания? Возможно, но, скорее всего, не последнюю роль имеет точка зрения, с которой рассматриваются те или иные события. Вот возьмем, например, Хмыря. Что сделал для него тот странный Фолт? Для Хмыря принц Дэрик — спаситель. А вот для тех магов, у которых наследный принц отжал болото, он, скорее всего, козлина, воспользовавшийся своим положением. А для папы-Императора? Скорее всего — раздолбай, выкинувший деньги на ветер. Вот так, одно и то же событие, а сколько вариантов его трактовки.
Во дворе замка меня ждал крестный. Оглядев меня с ног до головы, он хмыкнул и кивнул головой на дверь.
— Поздравляю. Ты умудрился сотворить свой первый портал. Иди, отмывайся и ложись спать. Завтра я тебе книгу принесу, как нужно строить портал, чтобы очутиться в том месте, куда тебе нужно попасть, а не окунуться с размаху в грязь, куда ты собственно, судя по всему, попал.
— Я упал в грязь уже после того, как очутился в том месте, — я устало махнул рукой и отправился в гостиную своего факультета. Так сильно я еще ни разу в жизни не уставал. Собственно, я ни разу в жизни так долго и не бродил неизвестно где.
Открыв дверь в комнату, я понял, что меня ждали. То же количество студентов повернули головы в мою сторону, что и при первом моем появлении в помещениях Первого факультета. Я думал, что хоть половина спать разбредется.
— Смотрите, кто к нам вернулся, — вскочил с дивана Лео и захлопал в ладоши. — Давайте поаплодируем человеку, единственному за все время существования этой школы, который завалил собеседование, споткнувшись на первом же вопросе. Браво.
— А какой был вопрос? — спросила какая-то девушка, подойдя к моему префекту.
