Я выбрался из кареты и расправил плащ. Смотрел по сторонам до тех пор, пока не пересёкся взглядами с теми, кто восседал на конях на вершине холма. Оба сохраняли молчание, но внимательно смотрели на того примо, который направлялся в столицу. Я обернулся, рассмотрел лучников и опять трезво оценил ситуацию. Мы в ловушке. Даже если попытаться прорваться, выживут лишь те, кто останется в карете. Выживу лишь я. Да и то, если точно останусь в карете. А поскольку я её уже покинул, мне пора переходить из стадии зрителя в стадию участника.
Одним движением я отстегнул застёжку плаща, оставшись лишь в добротных кожаных одеждах из гардероба Фелимида. И хоть я не носил ножен, да и в руках не держал оружия, двойка всадников оценила мой манёвр моментально. Один из них опять засвистел, и линия копейщиков, всё так же молча, сделала первый шаг с вершины холма. Стоявшие за ними мечники, крепче сжали мечи и двинулись следом.
А вот когда засвистят стрелы, я не стал дожидаться. За своей спиной я услышал лязг доставаемого из ножен оружия и обнажил своё. Пальцы привычно нашли метки и активировали мой собственный арсенал. Энергетические лезвия заняли место у правой руки, щит выскочил из левой, а непонятная игла, которая могла исцелять, закружилась над головой. Оранжевая энергия вилась спиральной нитью, а сама игла замерла, словно кобра, приготовившаяся к атаке.
Голову опять пронзила резкая боль.
Сообщения промелькнули и ушли так же быстро как и боль. Но я, на всякий случай, всё же встряхнул головой, чтобы разогнать пелену перед глазами. А когда пелена исчезла, глаза наблюдали удивительную картину. Наступление прекратилось так же быстро как и началось. Раздался очередной свист. На этот раз свист был более продолжительным, с оттенком удивления. И молчаливые воины, едва преодолевшие пару метров с вершины холма, и молчаливые наездники молчали. Они смотрели на меня и не сводили глаз. Мне даже показалось, что сейчас на меня смотрят каменные статуи - так неподвижно они стояли. А кто-то даже замер с поднятой ногой.
Я медленно обернулся и увидел на противоположной стороне лучников. В этот раз ни одна тетива не была натянута. Ни один лук не поднят. Все те, кто секунду назад был готов пустить стрелу, тоже превратились в человеческие статуи.
Не знаю как долго продолжалось это молчаливое стояние. Я лишь смотрел по сторонам и не решался сделать шаг вперёд. Как, впрочем, и они. Закончил всё это необъяснимое шоу очередной свист. В этот раз короткий. В тот же момент копья были уложены на плечи, щиты заброшены за спины, а мечи спрятаны в ножны. Неизвестные бандиты - а, может, просто какие-то спятившие дикари - молча стали удаляться. Казалось, все четыре десятка просто растворились. А после лучников не осталось даже воспоминаний. Даже листик на кустике не дрогнул.
Я всё так же стоял на дороге у самой кареты и смотрел на тех двоих. Ожидал от них каких-то действий. Даже ожидал попытку наладить контакт. Но они, судя по всему, желанием знакомиться не горели. Они молча переглянулись, развернули лошадей и скрылись в лесу. Как будто их и не было.
- Что это такое, мать их так!? - выругался я, собственно ни к кому конкретно не обращаясь.
- Они узрели анирана, - тихо произнёс Каталам. - Они видели исходящую от него угрозу.
Я глянул на его испуганное лицо и деактивировал оружие.
- Это кто такие, Каталам? Немые какие-то?
- Я не знаю, аниран. Возможно, бандиты. Возможно, работорговцы. Возможно, дезертиры. Я точно не могу сказать. Клеймением или вырыванием языков церковь не славилась. Как и королевские судилища. Если они молчали, возможно дали какой-то обет. В нашем мире много странностей произошло с момента появления "карающего огня". Столько разных культов появилось. Столько сект. Кто знает кто это такие...
- Час от часу не легче, - пробурчал я.
- Нам не стоит задерживаться, - тревожно произнёс Умтар. - Лучше быстрее покинуть это место. Возможно, они передумают и вернутся. А быть зажатым с двух сторон мне больше не хочется.
- Ты прав, Умтар, - кивнул Каталам. - Командуй десятком. Отправляемся спешно!
Задерживаться действительно никто не хотел. А потому после команды "по коням!", даже мой возница Вилибальд заторопился. Взмахнул вожжами - и колёса кареты застучали по камням. Обоз быстро двигался, спеша покинуть опасное место.
Но примерно через пару часов, нам всё же пришлось остановиться. Хоть нас никто не преследовал, остановились мы не по этой причине.
Слева от тракта чернело пепелище. Хоть кое-где пробивалась молодая травка, она не могла полностью скрыть остатки выгоревших деревянных построек. Большой дом, - судя по всему, двухэтажный - чернел обгоревшими обломками. Фундамент стоял крепко, но от самого первого бревна до наполовину обрушившейся каменной трубы, всё сгорело. Даже пустой дверной проём чернел давно затухшими углями.
