— Замечательная рубаха. Ты ее береги. Если у нас увидят, мода пойдет на такие. Модельеры накинутся
— Мама, такие шьет только Жанетта. Нашим Кутюрье до нее далеко.
— Я бы ее на выставку, если ты разрешишь, взяла.
— На несколько дней можешь взять. Это подарок, я обещал его беречь.
Они собрались втроем на квартире у Макса. Встретились, что бы расстаться на пару недель. Ребята уезжали отдыхать. Макс с родителями уезжал в круиз по Средиземному морю, а Славка со своими на Алтай. Данька рассказывал друзьям о том, что делал на своем далеком Карибском море.
— Парни, я решил прикупить фазенду.
— Сколько соток? Шесть или побольше? — Посмеивался Славка.
— Побольше. Ронни будет где работать. Местным мужикам дело. Работы хватит.
— Ты у нас помещиком будешь. Холопам чубы драть. — Славка перевернул стул задом наперед и оседал его, облокотившись на спинку.
— А что? Помещики тоже люди. Я цилиндр на голову надену, сюртук. В петлицу цветок. Трость в руках. Извозчик. Тростью его по плечу бряк: поехали, милейший. Вам и не снилось. Не личный шофер, а кучер. Не внедорожник, а коляска. Мотор — две лошадиных силы. Круто. Красавицы из местных дарят мне томные взгляды. Украдкой посылают воздушные поцелуи. А если серьезно, буду ходить на "Скитальце" в море. В садовых делах я не мастер. Полоть грядки, малину по осени подвязывать не обучен.
— Редиску выращивай. — Ляпнул Макс.
— А ты знаешь, как она растет?
— На кустах, как вишня. Слышал. Мужик говорил, по весне редиску продаю, по пятьсот рублей в день имею, как с куста. На кустах она растет, ясно. — Макс прикалывается.
— Мне Леон поможет, Хуан. Даже капитан решил войти в долю. Грустно, думать о старости, но Свен и Леон может, потом там будут жить. Не знаю, как это будет, но планы на далекое будущее не помешают.
— Флинт и Черная борода в парке на скамейке о походах вспоминают. Рядом внуки бегают. Картина маслом.
— Зря вы так. Свен другой. Он не правильный пират.
— Не обижайся. Мы не со зла. Верим, что Свен настоящий мужик, честный.
— Данька, — вдруг Славке пришла в голову шальная мысль. — Тебе бы там пару тракторов завести.
— Как я их туда попру? На себе? А бензин? Запчасти?
— Может тебе для корабля что надо. Пара торпед. Им бензин не нужен.
— Фантазер. Ты Славик. Я, по твоему, лечь должен спать в обнимку с торпедой, что б ее прихватить с собой? Иначе не получается. И на "Скитальце", с какого боку торпедные аппараты прикажешь шнурками привязать.
Славка не сдавался. Идеи так и били из него фонтаном.
— А если вражеские корабли жечь при помощи зеркал, как в Сиракузах.
— Это только легенда. Сфокусировать зеркала, которые держат люди не реально. Точность наводки не та.
Бредовые идеи — вещь заразная, но увлекательная. Не удержался и Макс, такой рассудительный обычно.
— Греческий огонь. Это не легенда. Коктейли Молотова тому подтверждение. Греки такие снаряды огненные делали, историки пишут, смесь горела на воде. Думаю, что-то типа нефти или масла.
Мальчишки играют в войну. Мужчины до седых волос остаются детьми. Природа создала этот механизм. Забыть о риске, об опасности, о смерти. Открыть Америку. Идти нехожеными тропами. Спуститься на дно океана. Рваться в космос. Война — сбой в работе механизма. Придет наладчик, подкрутит гайки, и механизм будет работать без ошибок. Программа войны будет исключена.
— Будете поджигать вражеские корабли, — предлагал Макс.
— Захватить корабль и тут же его пожечь? Не знаю.
— Зачем сжигать? Можно при атаке использовать. За спиной врага пламя. У них паника. Бери их голыми руками, а пожар потушить потом.
— Фантазеры вы. — Данька взял из вазочки на столе печенье и задумчиво стал его жевать. — Ладно, там я разберусь. Давайте здесь создадим братство, единство. Дадим клятву, что не изменим нашей дружбе. На корабле мы братья, я и тут хочу, что б мы как братья были.
— Один за всех? — Спросил Славка.
— Можно и так. Заединщиной назовем. Слово такое было встарь.
— Будем! — Одобрил Макс.
Слова клятвы произнесены.
Пока корабли стояли в гавани, у Даньки было много свободного времени. Капитан по — прежнему проводил с ним тренировки. Иногда выпадала вахта на "Скитальце", но время оставалось. Данька не отбросил полностью мысль о греческих огнях. Он покупал на рынке маленькие глиняные горшочки. Такие лучше бьются. При ударе о палубу расколются. Горючая смесь быстро разольется. В горшки наливал масло, подбирал горючие смеси. Приделывал фитиль к своим снарядам. Подсыпал порох. Выезжал на пустыри и там пробовал. Получалось не все. Но труд увенчался успехом. Он сделал неплохой снаряд. Поджог фитиль, бросил, он разобьется или порох разорвет его. Горючая смесь разлетается в стороны, поджигает все вокруг. Кусты вспыхивают. Так и на вражеских солдатах может одежда загореть. Тут шпагой не помашешь.
На корабле он обдумывал мысль о единстве. Если с другими парнями объявить это на словах. Не только в сердцах, но в слове закрепить его. Не только в душе, но и мыслях.
