Гремит гром, молнии. Непогода не унимается.
— Давай я голову тебе перевяжу. — Нашел в кармане чистый носовой плаок. Можно приложить. Чем бы привязать. Опыт пирата подсказал. Он оторвал от рубахи подол, разорвал и начал обматывать голову.
— Тебя лейтенант, как зовут? — Данька заканчивал накладывать повязку.
— Андрей.
— А меня Даня, Данька. Тебе повезло, Андрей, чуть ниже и основание черепа могло переломить. У тебя голова чугунная, выдержала. — Он пытался подбодрить страдальца.
— Точно, чугунная. Как колокол гудит. — Андрей ощупывал голову.
— Пройдет. Куда шел? — Даня прикидывал, может проводить нового знакомого.
— На дежурство надо было. — Андрей вздохнул.
— Может тебе лучше домой?
— Нет, на дежурство пойду.
— Служба значит. Я то же школу закончу в юридический подамся. Хочу стать следователем. В полиции служить. — Поделился своей мечтой Данька.
— Будущий коллега, значит. Спасибо за помощь. Тебе рубахи не жалко? — они сидели на ступенях в подвал и ждали окончания грозы.
— Нет. Это просто тряпка. Для хорошего дела что жалеть.
Андрей не мог прийти в себя. Удар был славный.
— Хорошо меня приласкало. — Тут Андрей заметил повязку под разорванной рубашкой — Ты после операции? Весь в бинтах?
— Да. Недавно выписали. Мне постельный режим надоел. Сегодня первый раз вышел на улицу. А так все лежал. Хотел погулять, а тут дождь. Я сюда бросился. — Данька не подумал, что бинты кто-то заметит.
— А я тебя увидел. От дождя спрятаться не где, а ты показал. Я за тобой бросился.
— Нам обоим повезло. Если б меня здесь не было, я не поймал бы тебя. Летел бы дальше, до самого низа. Расшибся ты прилично. Если б я за трубу не ухватился, то вместе с тобой внизу оказался. Подвал глубокий, могли шею сломать.
— Настоящее везенье. — Согласился лейтенант.
Дождь почти закончился. Редкие капли падают с неба.
— Похоже, можно выходить. — сказал Андрей, — Мне на дежурство.
— Ты дойдешь? Говорят, штука это коварная. Вдруг сотрясение мозга.
— Дойду. — Отмахнулся Андрей.
— Нет, я тебя провожу. Свалишься. Сердобольные прохожие подумают, что пьяный. А полицейскому туда и дорога. Не очень любят вас, или нас.
Они сели на маршрутку. Пассажиры поглядывали на них. Полицейский с разбитой головой рядом с парнем в разорванной рубахе. Задержанный или….
Они проехали две остановки, вышли.
— Вон моя служба. Зайдешь, я кофе угощу своего спасителя. — Предложил Андрей.
— Если кофе, да на халяву. Кто откажется.
Вошли. Остановились возле дежурного.
— Привет, Кирилыч. — Поздоровался Андрей.
— Привет, Андрей. С головой чего? — Дежурный привстал. Что бы лучше разглядеть.
— Ты видел, что на улице творилось. Фанера с крыши прилетела. Даня забинтовал и помог добраться. Боялись, что сотрясение мозга. Говорит, по дороге можно упасть.
— Это верно. С таким не шутят. — Согласился дежурный.
— Рубаху не пожалел. — Андрей облокотился на стойку. — Я немного опоздал, ты меня не отмечай, опоздание это.
— Понятное дело. Форс-мажор.
По коридору шел полицейский, вел задержанного. Здоровенный мужик осматривался. Полицейский задержался возле дежурного.
— Куда, Кирилыч, мне этого определить? — Спросил полицейский.
— За что ты его, Кирсанов? Пристроим.
Но у задержанного были свои планы на этот день. Они не согласовывались с отсидкой. В коридоре больше никого не было. Один полицейский с перевязанной головой, второй отвлекся. Мальчишка е в счет. Он схватил своего сопровождающего, ударил так, что тот налетел на Андрея. Они оба отлетели в сторону. Мужик бросился бежать. Данька ухватил беглеца за руку, дернул. Того развернуло. Мужик размахнулся. Дэн уклонился. Развернулся на одной ноге, а второй врезал по морде. Классическая вертушка. Только Даня не знал, что это прием каратэ. Задержанный упал, потеряв сознание. Данька сдержал силу удара в последний момент. Его готовили бить наверняка. Противник должен погибнуть. Андрей и Кирсанов были на ногах.
— Хорошо ты его. — Похвалил Кирсанов.
— Посмотри, жив? — Даня показал на мужика.
— Живой похоже. Сейчас его в камеру и пойдем кофе пить. — Пообещал Андрей.
Задержанного отправили в камеру. Данька с новыми знакомыми пошел пить кофе. Андрей поставил чайник.
— Ты тренируешься? — Андрей достал из шкафа печенье, выложил на стол.
— Я говорил. Что собираюсь служить в полиции. Вот готовлюсь. — Данька решил, что это объяснит все.
— Глядя на тебя, не скажешь, что ты можешь уложить такого детину. — Подметил Кирсанов.
— Ты думаешь дело в бицепсах. Нет. Можно иначе. Сухожильями. Был такой артист цирка. Железный Самсон. О нем в серии ЖЗЛ писали, Почитай.
— Непременно. — Кирсанов разливал в чашки кипяток.
Они пили кофе, разговаривали о работе в полиции. Потом Андрей попросил Николая Кирсанова подбросить Даньку до дома. Вскоре он был дома. Первым делом поменял рубашку. Остаток дня провел у телевизора. Скоро подошла мать.
— Мама, видела, что на улице творилось. Я погулять пошел. Пришлось от дождя прятаться. — Даня сел на стул возле стола в зале.
— Кошмар был. Я в музее была. Через окно и то страшно смотреть. В городе столько деревьев повалено.
Мария Петровна пошла переодеваться в свою комнату. Данька листал каналы.
