Тот взял золото и подробно объяснил путникам, как найти обе дороги. Теперь им надо было решить по какому пути лучше проследовать в Тельму. С одной стороны правильнее было бы идти по более длинной, но безопасной дороге. Не стоило рисковать всего-то, из-за каких-то, трех-четырех сэкономленных дней. Хотя, конечно, и их пришлось бы своими ногами пройти. Но если б не артефакт, то и вопроса бы не возникло. Но в том-то и дело, что артефакт находился в таком состоянии, что каждый день мог стать решающим. Поэтому, подумав, вся команда решила положиться на удачу, которая их до сей поры не обходила стороной, и пойти в Тельму по более короткой дороге.
Она и в самом деле оказалась ужасной — сплошные колдобины, да ухабы. Но они все, как справедливо заметил степенный хозяин гостиницы, были людьми молодыми, поэтому шли ходко. У них было всего восемь лошадей, так что, если бы они даже сели на них по двое, кому-то пришлось бы идти пешком. Поэтому мужчины решили коней пожалеть, ведь кроме женщин и детей они везли еще и весь их груз, включая припасы продуктов, купленные в оставленном ими городе и щиты. Первый день прошел спокойно, на отряд никто не напал. Трактиры на этой дороге если и были, то где-то дальше, они ни одного не видели. Расположившись на ночь лагерем, девушки приготовили ужин и все сели есть. Потом девушки отошли немного в сторону, где протекал ручей, чтобы помыть посуду, и вдруг Лера воскликнула:
— Ой, смотрите, приведения!
И, правда, мимо, на некотором расстоянии от них медленно проплывали две призрачные фигуры, молочно-белые с мерцающими переливами голубого цвета.
— Какие красивые! — Восхитилась Тарина.
Эдвин закричал в тревоге:
— Девушки скорей сюда! Не подпускайте их к себе! Эти призраки очень опасны!
Девушки, не переспрашивая, поспешили вернуться к костру. Они знали, что понапрасну принц поднимать тревогу не будет. А Эдвин сразу же поставил купол.
— А чем опасны эти два белых облачка? Да что они могут нам сделать? — Полный презрения к такой угрозе, спросил Ник, толи уже забывший нападение призраков в долине смерти, толи, скорее, не связав грозных мертвых воинов с этими не опасными на вид существами.
— Это сумеречные призраки, их ещё называют ловцами душ.
— Почему? Они что, забирают у человека душу? — недоверчиво спросил Ален.
— Нет, но если до человека дотронется такой призрак, то этот человек потеряет вкус к жизни. Он начнет тосковать, сам не зная от чего, и будет тосковать с каждым днем все сильнее и сильнее. Его будет все время что-то тревожить, он станет испытывать непонятный страх и, в конце концов, он либо наложит на себя руки, либо сойдет с ума. Эти сущности питаются чужой энергией и чужими чувствами. И чем сильнее вы ощущаете радость жизни, тем сильнее будете тосковать после встречи с ними.
— Какой кошмар! А на расстоянии они могут навредить? — Спросила Лика, — сейчас они для нас безопасны?
— Да, безопасны. Для того, чтобы выпить эмоции человека, им нужно соприкоснуться с ним. Но уйти от них невозможно. Они очень быстры, да и передвигаться могут не только последовательно, но и мгновенно исчезая с одного места и сразу же возникая в другом. И они никогда не отпускают свою жертву. Нам очень сильно повезло в том, что они сыты и плывут так неспешно. Иначе мы их и увидеть не успели бы, вот так со стороны. Они бы мгновенно нас выпили. Правда, к утру, они снова проголодаются, но этот купол им не по зубам. Вообще-то можно было бы ограничиться и кругом, ведь он защищает от магических атак. Но так лучше. Я еще с Долины мертвых купол начал ставить. Круги слишком маленькие, и в них нам было бы тесно. Но сегодня я припозднился, и это могло бы стать для нас роковой ошибкой. Простите меня друзья, если сможете. — Повинился Эдвин, опустив голову. Ему было очень стыдно. И все это поняли, даже почувствовали, настолько его стыд был силен и даже как-будто осязаем.
— Да ладно тебе, ничего ведь не случилось. Все хорошо закончилось. — Попытался успокоить его Нэт.
— Но могло закончиться очень плохо. Командир и маг не вправе совершать подобные ошибки, граничащие с преступлением. Я обычно круги, а потом купола сразу ставил, как только мы на ночь останавливались. А тут, как в Леорнию попал, так и расслабился. Как будто у нас тут пакости всякой нет, нежити той же, или магических сущностей, вроде этих. Вы по моей вине погибнуть могли, а я еще у вас прощения просил! Да за такое не прощают! Могу только пообещать, что этого больше не повториться.
