— Может его и спасло то, что он еще такой маленький, что спит долго и крепко. Волки его, наверно, не заметили и не учуяли. Их ноздри забивал запах крови. К тому же, они уже были сыты. А назову я его в честь своего деда — Коннетом, Конти.
— Послушайте, все это конечно хорошо, но может, мы покинем это ужасное место? — Взмолилась Аманда.
— Конечно, Эмми. Но сначала нужно по всем правилам провести обряд над их останками и сжечь их. Они не заслужили дурного посмертия. Надо было бы и с останками охранников Дины и Эвена так же поступить, а не просто их сжечь, но я тогда так устал, что мне это даже в голову не пришло. Еще одна моя ошибка.
— Ты опять казнишься попусту. Просто у тебя так мало ошибок, что ты помнишь о каждой, — заметил Лоран. — И не забывай, что ты тогда был ранен, потерял кровь, ослаб. Во время войны ты бы сразу попал в лазарет и лежал. И о тебе бы там заботились. И, кроме того, нам совсем ни к чему было задерживаться в Долине. И потом, я думаю, что в том месте это все равно бы не имело никакого значения.
— Может, ты и прав. — Немного задумчиво ответил юноша, — но сейчас мы не можем бросить эти растерзанные трупы просто так и уйти. Как бы мы ни торопились, а провести обряд надо.
— Но как мы это сделаем? Ведь здесь нет священника. — Удивилась Делия.
— Я как принц имею много обязанностей и привилегий, в том числе и эту. Я могу провести обряд погребения или сожжения, но только не полный. Для этого действительно нужен священник. Впрочем, полный я в любом случае совершить бы не смог. У меня нет для этого всего необходимого. — Пояснил Эдвин.
— Мы можем тебе чем-нибудь помочь? — Задал конструктивный вопрос Нэт.
— Да. Надо собрать останки этих людей в одно место. Это неприятно, но необходимо.
— Ясно, — ответил Нэт и работа закипела.
Работали только мужчины. Девушки, даже Сандра с Ликой, отошли в сторонку. Когда ребята закончили, начался сам обряд. Эдвин встал перед мёртвыми телами и стал нараспев читать над ними молитву. Затем, не прерывая ее, взял наполненный заранее, котелок с водой и произнес над ним ритуальную фразу. После этого он начал разбрызгивать ее над погибшими. И снова начал читать молитвы. Одновременно с этим, он чарами сотворил огонь и, держа его в ладони, очертил им три круга, которые пересекались друг с другом, и символизировали начало и конец, переходящий в начало — круговорот сущего и его бесконечность. И одновременно с этим, он произносил молитвы и ритуальные фразы и завершил так:
— Да не поглотит их тьма! И возродятся они к новой жизни!
После этого он запалил останки, которые в магическом огне сгорели быстро и полностью, до пепла. Ребята собрали пепел и развеяли его над дорогой. На этом обряд был завершен. Принадлежащие погибшим вещи и деньги они брать не стали. Слишком это походило на мародерство. Другим, кто поедет по этой дороге после них, будет проще. Для этих людей, не видевших трупы хозяев этих пожитков, они будут только брошенными вещами и деньгами, которые вполне можно взять. А отряд двинулся дальше. Эдвин отдал своего воспитанника Делии. А кормить его собиралась Улита, у которой было много молока, и его вполне хватило бы на двоих детей и детеныша мантикоры, которого, кстати, назвали Кинти. Конти действительно оказался на редкость спокойным ребенком. Он, казалось, даже не заметил, что остался без матери и охотно шел ко всем на руки, а все охотно тетешкались с ним.
Так в маленьких радостях, очень спокойно пролетели еще два дня. А потом на отряд напали волки. Это была очень большая стая. Обычно волки даже голодной зимой не собирались вместе в таком количестве. Они стремительно, серыми тенями, выскочили на дорогу и, злобно рыча, окружили странников плотным кольцом, через который невозможно было прорваться, даже на лошадях. А потом все вместе, как по команде бросились на людей. Лошади, увидев страшных хищников, дико заржали и начали вставать на дыбы от безумного страха, сбрасывая с себя седоков.
Но пока нападения еще не произошло, пока волки только окружали людей, Лоран успел крикнуть девушкам, чтобы они спрятались за коней, поставив их поближе друг к другу, а Эдвин быстро стреножил их заклинанием, чтобы они не могли разбежаться. С девушками вместе остались Эвен, Тэо и Вил с кинжалами, для защиты от тех волков, что смогут прорваться сквозь заслон из воинов, которые, как всегда в таких случаях, образовали круг, закрыв собой женщин, детей и животных. А непосредственно перед лошадьми встали обе воительницы. И работа для них нашлась. А потом начался кошмар. Волки набрасывались на людей, не считаясь с потерями, кусали, рвали на части человеческую плоть. Их было так много, что на каждого воина приходилось по три-четыре волка. Часть из них набросилась на коней. От страха и боли лошади ржали, молотя врагов своими крепкими копытами, кричали и плакали дети, свирепо рычали волки, ругались воины.
