– Они старые противники, но Тун сказал правду. Чего бы он там ни добивался, он действительно любит Республику. Он – осложнение, да, но не назревающий кризис.
– Ты уверен?
– Да. Что бы ни случилось, я думаю, мы можем предоставить канцлеру самой разбираться с сенатором Туном. Она свое дело знает.
Элзар похлопал Стеллана по плечу:
– Слова истинного дипломата. Пойдем к ним? Похоже, Буррияга присматривается к рогатым дыням. Будет скверно, если мне не достанется.
Стеллан позволил увести себя к буфету, радуясь, что напряженность между ним и Элзаром как будто испарилась. По крайней мере, на данный момент.
Ро шагал обратно к «Шквальному пауку», мысли его были чернее туч над головой. Пэн Эйта превращался в проблему. Конечно, этого следовало ожидать, но Ро не думал, что все произойдет так скоро, а на фокусах вроде сегодняшнего, с электромаской, долго не продержишься. Довутины превыше всего ценили физическую силу. Этих бугаев вышвыривали из семейного гнезда в раннем возрасте, а дальше или сможешь постоять за себя, или сдохнешь. У этой расы «больше» значило «лучше», и Пэн был одним из самых крупных довутинов, которых Ро встречал: почти двести кило мышечной массы, по одному на каждый год жизни Эйты. О том, чтобы победить Хозяина Бури в бою, не могло быть и речи, поэтому Ро приходилось доказывать свое превосходство иными методами – отсюда и трюк с маской. Если Пэн выживет, то будет достаточно посрамлен, чтобы повиноваться… по крайней мере, какое-то время. А если нет… что ж, возможно, пора вообще распустить бури и сформировать из нигилов единую силу во главе с самим Ро. Лорна и Зитар, конечно, получат новые высокие посты подле него самого, но новая структура решит проблемы с субординацией. Отцу следовало давным-давно реформировать организацию, однако, при всех своих так называемых сильных сторонах, Эсгар Ро никогда не был визионером, отчего, вероятно, и умер. Вполне возможно, это Пэн сунул нож отцу в спину, а не Кассав, как он думал раньше. Ро метнул взгляд на «Электровзор», висевший высоко над лесом: постоянное напоминание о его верховенстве, даже когда он не на планете. Эсгар любил этот корабль и все, что он олицетворял, будучи реликвией из минувшей эпохи. Но теперь Ро обладал еще более древней реликвией, которая будет смертоносней любой лазерной батареи или торпедной установки.
– Ро? Ро, постой!
Он был готов к тому, что в исхлестанном дождями дворике вдруг раздастся голос Пэна, но остановиться его заставил тонкий писк. Обернувшись, он увидел Кизму Аттерсонда: тот ковылял к нему со всей скоростью, которую могли развить механические ноги пузатенького доктора. Хотя они работали вместе уже не один месяц, чадра-фэн оставался для Ро в определенной мере загадкой. Он видел, как Аттерсонд ставил свои самые блестящие эксперименты, конструировал такие изысканные пыточные устройства, что даже галдерианин истек бы слюной, но при этом сам миниатюрный хирург передвигался на старых ржавых протезах от медицинского дроида 1-1A. Можно было бы подумать, что похожий на нетопыря доктор соорудит себе что-нибудь чуть поэлегантнее, но Аттерсонду было плевать на элегантность, о чем наглядно свидетельствовали замызганный лабораторный халат и грязная шерсть. Лишь работа имела для него значение. Ро это нравилось, даже восхищало – безотносительно первого впечатления, которое производил чадра-фэн. К тому же такая безрездельная сконцентрированность на работе означала, что Аттерсонд вряд ли его предаст, в отличие от других.
– Ну? – спросил доктор. – Добыли своего Великого Уравнителя?
Мало кто осмеливался говорить с Глазом Нигилов в таком тоне, но Ро решил не обращать внимания. Аттерсонд был возбужден, его непохожие глаза горели под грязными очками; один зрачок был расширен, оставшись таким навсегда после неудачного эксперимента, имевшего место за много лет до того, как Ро узнал о необыкновенном таланте ученого.
Ро откинул с глаз мокрые волосы:
– Все еще заключен в глыбе льда и готов к перевозке в вашу лабораторию на «Взоре».
– Рефрижератор сработал?
– Сработал.
Это, похоже, обрадовало чадра-фэна, который довольно чирикнул.
– А талортай?
– Был совершенно оглушен.
Аттерсонд облизал и без того влажные губы:
– Прекрасно. Он выжил?
– К несчастью, нет.
Ученый кивнул, как будто это была самая естественная вещь на свете:
– Жаль, но подопытный уже готов к тестированию.
Ро положил руку на плечо чадра-фэна:
– Терпение, мой друг. Нужно подождать. Неизвестно, какие повреждения может причинить процесс разморозки.
Аттерсонд снял очки и рассеянно протер линзы мозолистым пальцем.
– Конечно, конечно. Когда я буду знать размеры ледяного куба, тогда смогу собрать нагреватель.
– Нагреватель для чего?
