— Ага: всё в порядке, — послышался голос паутины. — Ну, до следующей связи.
Ладонь приняла прежний вид, но одна чёрточка у чёрной метки исчезла. Метка на пальце тоже стала выглядеть как широкая буква "т".
Мишка поскорее отвязал быконя от дракона и привязал к деревцу — чтобы не потерялся. Теперь надлежало устроить тайники для больших мешков — каждому отдельный. Мишка начал оглядывать окрестности, присматривая подходящие места. А когда вновь обратил внимание на Шестисотого Медресеса, тот уже словно растворялся в воздухе: сквозь рептилоида всё отчётливее проглядывала местность.
"Приводит в действие невидимость, — понял припрятствующий Мишка. — Вот, оказывается, для чего пропаданцу нужно умение переливаться огоньками: чтобы рисовать ими на себе картины окружения и скрываться за ними".
Распрятав груз по примеченным местам и хорошенько укрыв от дождя, Мишка вспомнил подходящие боговорки и начал делать косу. Из тонкого де́ревца он вырубил черенок и накрепко привязал к нему удобный лучок. А затем насадил на черенок привезённое в одном из грузовых мешков лезвие косы.
Через пару часов косьбы и сгребания скошенной травы удалось наскирдовать три небольших, проветриваемых стожка рядом с привязанным быконём. Впрочем, тот был заражён кормовирусом, что при необходимости позволяло питаться даже землёй.
О питье же для тягловой силы Мишка не беспокоился: рядом протекал ручеёк, до которого стреноженный Вредноут легко мог дотянуться.
— Балбестолочь, — Хламоносов в испуге вытаращил на Мишку глаза, — ты что, собрался вызывать нечистую силу прямо здесь?
— Да я не знаю, где такое лучше делать… — пожал плечами Мишка.
— Иди на Свалку Чудес, чучеловек: для сыновей металлолома там самое подходящее место. А зачем тебе понадобились эти бесные жители?
— Не хочу проиграть завтрашний боединок, — хмуро буркнул Мишка. — Готов ради победы поклониться даже врагам благих сил.
— Вот это по-нашенски, — одобрил Хламоносов. Он, как и Мишка, жил в Шан-Трапэ — северной половине Айдавкино. И, разумеется, болел против Деда Убивня, главного бойца Злободы — противоположной половины народохранилища. — Ладно, пошли во двор, грехопаденец…
Во дворе Жженька поймал Лайнера за ошейник и велел Мишке заглянуть в собачью будку.
— Я устроил тайник сзади, под крышей, — объяснил Жженька Мишке, удерживая бесящегося пса. — Пошарь там как следует.
Конура была небольшой, и длины Мишкиной руки вполне хватило, чтобы достать до дальнего угла и нащупать под просмолённой крышей щель тайника.
— Ага: то, что нужно, — кивнул Хламоносов, когда Мишка вытащил из конуры тряпичный свёрток. — Полезли обратно в подпол, старанник.
В подполе Жженька развернул тряпицу, расправил сложенные листы бумаги и, перебирая их, сосредоточенно забормотал:
— Так, ищем что-нибудь про сыновей металлолома… Всё, кажется, нашёл: "Призвать металлоломово отродье". Держи листок, волжбан. Читать нужно вот отсюда.
— "Ищу себе на…опу приключений…" — нараспев начал читать Мишка волшебные слова.
— Ты что творишь, пугалтер? — всполошился Хламоносов, вырывая у Мишки листок. — Я же предупреждал: озвучивай эту гнусеологию только на Свалке Чудес. А не здесь. Зачем нам здесь неблагие силы?
— Постой, Жженька — разве не ты учил меня пять минут назад, что дельный человек сам должен бежать на поклон ко врагам божьим? — с ехидством напомнил Мишка. — Ох, нетвёрд ты всё-таки в своих ересях, Жженька… Не веришь, видать, в них.
— Да, догадырь, есть немного, — смущённо признал Хламоносов. — Всё никак не решусь подтвердить делом разумные выводы. Ну да ладно. Ты дорогу-то на Свалку хоть знаешь, мозжечок-с-ноготок?
— А что, в про́клятое место проложена дорога? — усомнился Мишка.
— Для человека приметливого — ещё как проложена, — ободряюще улыбнулся Жженька. — Нужно пройти от начала Запретной Стороны мимо муравестника лысиц. До гнезда яйценосного журавля. Гнездо увидишь издалека: оно устроено на верхушке скандалового дерева. Дерево мёртвое. Там весь лес высох и полёг. Одно только это дерево ещё и стои́т. А шагах в ста за ним виден круган — тёмный такой и островерхий. Над ним иногда курится дымок. Оный круган и есть Свалка Чудес.
Теперь Мишка вытащил из заплечного мешка седой парик, накладную бороду и мохнатые брови. Всё это жрецы Святонаила наказали приклеить перед встречей с дикарями: дабы последние приняли просвещенника за пожилого мужа и преисполнились уважения к его речам.
Надев парик и приклеив бороду и брови, Мишка стал готовить то, что, как ручались жрецы Святонаила, должно было поразить воображение простодушных туземцев.
Для начала Мишка достал благословлённый картон и намоленные химреактивы: гнило-уроновую кислоту, суррогат натрия, перепись водорода, акустическую соду, карбонат углерода и йодовитое бензолото — всё в виде безводных гидратов. А затем, непрестанно читая боговорку для канонического соединения реактивов, смастерил пару десятков запугивающих шутих и большой патрон с долгим салютом.
