— Виктор Иванович, я на химкомбинате договорился с начальниками цехов и дирекцией, они нам со скидкой продадут стиральный порошок пятьдесят тонн. Порошок можно отправить на биржу на торги в Закарпатье или в Кременчуг. Там тоже открываются товарные биржи.
Я подозвал Павла:
— Ты должен взять в поле своего внимания торги в Кременчуге, а я поеду с Андреем в Ужгород.
Я взял машину и поехал в госпиталь за Еленой. Очень соскучился, но прежде всего меня беспокоило ее самочувствие. Физические и эмоциональные нагрузки на работе у нее по-прежнему очень большие. Она, увидев меня, отпросилась с работы. Мы поехали домой. Но по дороге домой я свернул к центру города. Привез ее в ювелирный магазин. Где-то полгода назад мы познакомились с заведующей ювелирным магазина. Я объяснил заведующей:
— Хочу сделать своей любимой красивый подарок, причем получше. Цена значения не имеет.
Лена засмеялась. Они отошли в сторону, потом пошли в кабинет заведующей. Вынесли оттуда набор — серьги и кольцо. Золото и изумруды. Камни очень большие, смотрелись просто изумительно. Без всяких сомнений, этот набор моей Леночке очень понравился. Я пошел к кассе, выбил чек. Лена стала обладательницей этого ювелирного чуда. Я попросил Лену надеть набор на себя. Мы сели в машину и поехали домой. По дороге взяли бутылку шампанского, которое мы выпили с тещей. Лене дали только понюхать пробку.
Вечером я ей рассказывал про Москву, про Николая Фадеевича, Веру Антоновну. Про компанию АБВ, про Московскую биржу, про дела у нас на фирме. Лена мне рассказывала про своих больных. Что ей надо еще сделать. Про то, как живет и развивается наш малыш. Я понимал, вот это наше счастье, которое подарил нам господь Бог и это счастье надо беречь.
Лена рассказала, что Николай Петрович начал сомневаться, где я бываю, куда езжу, почему меня не бывает дома.
— Давай, Витя, подумаем о своей квартире. У нас будет маленький. Я не хочу, чтобы отец своим брюзжанием и вечными придирками портил нам настроение. Витя, реши этот вопрос. Не нужны мне ни золото, ни бриллианты. Давай купим хоть какую-то квартиру.
Я пообещал Лене внимательно отнестись к ее просьбе. Мы в постели все-таки повозились, но потихоньку и осторожно, а потом, обнявшись, заснули.
На следующий день, мне позвонили из жилищного отдела горисполкома. В жилотделе мне сообщили, подошла моя льготная очередь на квартиру. Мне выделили однокомнатную квартиру в новом доме на девятом этаже на окраине города, где еще ничего другого не построили. Я зашел в кабинет начальника жилищной комиссии. Мне сказали, это уволенный военный майор-интендант. По своей армейской практике я знал, порядочных интендантов найти очень трудно. С ними по подлости могут сравниться только прокуроры. Можно найти человека с привычками прокурора, но невозможно найти прокурора с привычками человека. Специфика работы накладывает свои отпечатки.
А этот, бывший майор-интендант, здесь в горисполкоме, вообще потерял какие-то человеческие черты. Он сидел, развалившись в кресле. Маленький толстенький царек, перед которым надо прыгать на задних лапках. Тогда он на тебя обратит внимание. Хотя я уже далеко не такой, каким приехал в Винницу и становился к ним в жилищную очередь. Он, не отрываясь от своих бумаг, мне изрек:
— Ничего другого мы Вам предложить не можем. Вы имеете право отказаться, но тогда мы вас ставим в конец очереди, и Вам придется опять ждать. Сколько — не знаю. Берите ордер и распишитесь в книге.
— Но моя жена беременна. Могу привезти вам справку. В этом случае нам положена двухкомнатная квартира.
— Пишите заявление, прилагайте документ о рождении ребенка. Вот тогда мы Вас поставим в новую очередь. Сколько надо будет ждать даже и предположить мы не можем. Строительство сейчас финансируется все хуже, а может прекратиться вообще. В этом случае мы ставим Вас в конец очереди. Мой Вам совет, берите ордер и расписывайтесь в книге.
Я посмотрел на ордер, на него:
— Знаешь, майор, о чем я сейчас мечтаю? Скоро настанет время, когда вот такое гнилье начнут чистить. Даю тебе честное офицерское слово, первым найду тебя я. Загляни в мое личное дело, ты сразу поймешь, какой разговор будет лично с тобой. Возьми этот ордер и засунь его себе в задницу. До встречи, майор.
Повернулся и вышел. За все это время этот начальник не произнес ни слова.
Я приехал к себе в офис, подозвал Павла поговорить о купле квартиры. Павел повез меня в наш старый офис, который мы арендовали. Владельцем этого помещения являлось строительно-монтажное управление. Мы зашли к директору. Оказалось, СМУ недалеко от центрального рынка «Урожай» построило девятиэтажный дом, в стороне от магистральных улиц. Все рядом, но в глубине квартала. Услышав о моей просьбе, начальник СМУ Владимир Петрович вызвал заместителя. Тот принес план этажей. Одна трехкомнатная квартира на четвертом этаже оказалась свободной. Владимир Петрович хитро прищурился:
