— Так точно, почтенный Аврелий.
— Я это обдумаю. У моей дочери может найтись жених из здешних… я еще сам не знаю, теперь траур… отложим это до весны.
— Это очень жаль.
— Иного ответа дать не могу тебе, благородный… как тебя зовут-то?.. я забыл… ах, да!.. Лентул… так… так… ты знаешь Октавия?
— Знаю, почтенный Аврелий.
— Что он за человек?
— К хозяйству нерадивый… рабы у него почти все растащили…
— А-а-а… вроде Фламиния!.. как же мой брат мне его хвалит?
— Этого я не знаю. Что же наш торг? почтенный Аврелий, не хочешь продавать, так хоть покажи мне Барилла.
— Ты мне весьма понравился, молодой человек; я готов сделать все, тебе угодное, кроме этого.
— Я даю сто тысяч.
— И миллиона не возьму.
— Ну, хоть поговорить с ним позволь.
— Можешь, сколько угодно.
При этих словах в сенях раздались шаги и туда вошла Аврелия, узнавшая чрез кухарку о приходе соседей и незнакомца.
Сплетники, заслышав шаги, отскочили от двери и подошли к Аврелии со своими обычными возгласами:
— Белая лилия! Белая голубка!
— Тс! — сказала она, сделав знак молчания, — кто у батюшки?
— Какой-то Лентул, — ответил Вариний.
— Лентул! — повторила Аврелия, — не может быть!
— Он купил Барилла — заявила Флориана.
— Невероятно. Батюшка его не продаст.
— За миллион, белая лилия.
— Еще невероятнее… Вариний!.. пойдем туда… в сад… я тебе скажу… страшное…
— Голубка, дай послушать, что там говорят, — стала просить Флориана, — уж очень хорошо говорит этот молодой человек… заслушаешься.
— Заслушаешься! — повторила Аврелия. — Он сюда явился в. ту самую минуту, когда исчез Сервилий… Вариний, это Мертвая Голова!
— Ах! — воскликнул старик, задрожав.
Аврелия увела соседей в сад и рассказала им свое приключение.
Они заторопились уйти будто бы обедать, но в сущности, чтоб разнести поскорее это множество услышанных новостей по всем соседям.
Они пошли не домой, а в Риноцеру к Сервилию Нобильору, но, пока дошли туда, споря между собой, все эти новости перепутались в их мыслях.
Они застали соседа и Люциллу в саду; он занимался цветами, а она качалась на качелях со своими рабынями и Катуальдой.
— Ах, третий здешний филин идет со своей совой! — воскликнула красавица, продолжая качаться.
Супруги-сплетники чуть не бегом подбежали к помещику и, перебивая друг друга, начали рассказывать свои новости, не давая времени на ответ.
— Здравствуй, сосед!.. важные новости!
— Прямо тебя касается!
— Беда случилась!
— Несчастие!
— Мертвая Голова!
— Сосед Аврелий выступает кандидатом в консулы.
— Барилла продал.
— За миллион… Лентулу.
— Аврелию просватал.
— Весною свадьба.
— За Лентула… за Лентула Суру.
— За Октавия или Фламиния.
— Аврелия видела Мертвую Голову… наяву… сейчас…
— В виде тебя.
— Она его прокляла, а он исчез.
— Рассыпался золотыми искрами… при ней… в саду…
— Добрые люди, — сказал помещик, замахав руками, — дайте вы мне опомниться!
— Ее просватали!.. как же теперь ты-то?!.
— Да замолчите на минуту!.. у меня и без ваших новостей голова не на месте.
— У тебя голова болит, сосед, отчего?
— Ужасно болит… от неприятности… вы видели Аврелию?
— Видели, сосед, видели… она ужасно перепугана.
— Мертвая Голова!
— С твоей наружностью…
— Хотел ее обольстить.
— Хотел похитить.
— Молчите, молчите! — вскричал помещик, — говори кто-нибудь один.
Но заставить говорить одного из супругов-сплетников, когда они находились вместе, было дело невозможное. Они спорили, повторяя одно и тоже.
— Бедная Аврелия! — вскричал Нобильор, забывши все на свете от горя, — она больна… она помешалась… я в этом виноват!
— Помешалась! — вскричали старик и старуха, — ты в этом виноват!.. прощай, сосед; нам некогда!
И они побрели от соседа к другому соседу, от Минуция к Петрею, от Петрея к Статилию, от него к Мелхоле и наконец притащились домой, пообедав и поужинав на чужой счет, как делали почти ежедневно.
Новости, обогащаясь в каждом из посещенных домов прибавлениями, недослышанными или превратно понятыми, разрослись наконец в гигантскую сплетню, по которой выходило, что Котта будет консулом, Нобильор из-за этого с ним поссорился, а Аврелия помешалась.
Относительно этого последнего пункта муж и жена больше всего спорили; Вариний утверждал, что причина болезни — Мертвая Голова, а Флориана настаивала, что это — ссора ее жениха с отцом. Соседи от них узнали также, что из Рима приехал к Котте такой богач, что заплатил ему миллион за простого чтеца, красавец невиданный, оратор неслыханный… Вариний утверждал со слов Аврелии, что это оборотень; Флориана возражала, что нельзя верить словам помешанной.
Гордиев узел всеобщей путаницы был завязан супругами-сплетниками; Лентулу стоило только затянуть его, чтоб его жертва очутилась в этой мертвой петле.
Он сумел понравиться старому Котте до такой степени, что он его оставил обедать, не позвав, однако, дочь к столу. Лентул имел полную возможность изучить все привычки старика и приемы Барилла.
