– Довольно масштабное строительство мегаструктур вокруг некоторых звезд. Мы изучаем несколько таких объектов, чтобы принять решение, нужно ли нам идти в эту сторону. Кроме этого, мы за прошлые столетия несколько раз перехватывали отдельные объекты меньшего размера…
– Это было что-то вроде зонда с посланием?
– Нет, разумеется, скорее это упавшие камни и крепеж с чужой стройки.
– Мне кажется, люди стали менее любопытны…
– Не совсем так, люди научились управлять своим любопытством. Нам в действительности нечего делать в этих чужих мирах, и мы не хотим, да и не можем помочь тем неведомым строителям, которые перегораживают свои солнечные системы кольцами и полосами. Мы постоянно собираем информацию и моделируем эти активности, но пока не видим никакой угрозы для Порядка с этой стороны. И кстати, у нас есть рабочая теория относительно причин этой деятельности…
– Да?
– Мы считаем, что строительство сфер Дайсона – а это именно то, что мы наблюдаем – это ретроградные активности развитой технологической среды после того, как породивший ее разум угасает. Это следы цивилизаций, менее удачливых, чем наша. А возможно, это и наше будущее, если мы не сможем удержать контроль над технологиями.
– Иными словами, это все строят чьи-то роботы с непонятными нам целями?
– Да, примерно так.
– Хорошо. Тогда спрошу напрямую, поскольку все, что вы рассказываете, как-то совсем не про людей, по крайней мере – не про людей, какими я их знаю. Что отличает вас от людей двадцать первого века?
– Психосфера. Прежде чем появилась возможность создания Порядка, мы навели порядок у себя в голове.
– То есть вы перепрошили мозги человека, для того чтобы он стал мирным, хорошим, добрым, умным, в меру любознательным и так далее?
– Нет, мы просто провели генеральную уборку и некоторый небольшой ремонт психики человека, а теперь поддерживаем у себя в голове порядок. Можно сказать, что мы довершили эволюционный замысел и приспособили человека для обитания в сверхкрупных сообществах. Психосферы вашего современника и жителя Порядка различаются примерно так же, как старый заброшенный дом с испорченной канализацией и новый экокоттедж, построенный по индивидуальному проекту, где чистоту поддерживает бригада автоматов.
Наконец я решился и задал вопрос, с которым проснулся. Я осознал его буквально секунду назад, но был уверен, что это именно тот самый вопрос.
– Тогда зачем вы меня вернули? То есть зачем я здесь?
Он долго смотрел на меня, не произнося ни слова. Песочные глаза вдруг приобрели золотистый оттенок, как будто бы в них внутри зажглись маленькие солнца. Так, наверное, настоящий всеблагой Господь мог бы посмотреть на свое неразумное творение, которое терзается пустяковыми вопросами. Наконец он произнес медленно и с расстановкой:
Я понял, что аудиенция закончилась и я могу только встать и выйти. Уже в конце зала, взявшись за ручку двери, я оглянулся, чтобы попрощаться, но кресло в центре было пустым.