— Взяла вину на себя, — ответила сдавленно тихо. Её голос утонул в общем шуме, но Алисса сумела расслышать сказанное, хоть и не была уверена, что верно смогла всё понять. Она продолжала недоуменно смотреть на Фрею, у которой был привычно виноватый вид. — И я поручилась, что больше подобного не произойдет.
— Это всё или…
— Я отчислена, — бегло произнесла, прежде чем поджать губы, громко вздохнуть и, опустив голову, двинуться вперед. Алисса застыла на месте, неспособна подобрать слов, что разом вылетели из головы. Она была ошарашена этим заявлением, оказавшимся подобным проревевшему среди ясного дня грому.
— Я, кажется, не могу понять. Тебя отчисляют за то, что ты взяла на себя вину? — Алисса вдруг спохватилась с места и поспешила за ней. Цепко ухватилась за локоть, чтобы немного притормозить подругу, заставить её замедлить шаг.
— Я пыталась заверить его, что во всем моя вина, но, кажется, о том, что это была именно ты, знают все без исключения. Поэтому я ручилась за тебя, что более подобного не повториться, и приняла предназначеное тебе наказание, — на выдохе выговорила Фрея, испытывая волнение.
Она и сама будто до конца не понимала, что именно произошло, из-за чего чувствовала в теле странную дрожь. Ей было не по себе, но в то же время Фрея ощущала уверенность, будто сделала то, что должна была, и другого решения просто напросто не было. Может быть, первый раз в жизни она сделала что-то правильное, за что не сожалела бы. Пути обратно не было, и впрочем ей самой казалось лишним оглядываться назад.
Отчасти Фрея нуждалась в этом. Отрезать себя от привычного окружения, оставить всё, на время уйти, поставить свою жизнь на паузу. Ей нужен был предлог, представленная возможность сделать это, небольшой толчок, и всё случилось так, как должно было случиться. Убеждена, что решение было принято во благо подруги, Фрея понимала и то, что не в меньшей мере сделала это для себя. Даже у добрых побуждений был недостаток эгоизма, в котором девушка решила не признавать никому, даже себе.
Сделав этот шаг, Фрея даже почувствовала облегчение, будто теперь все её злоключения должны были прекратиться. У неё не было соображений, что делать дальше, куда идти, к чему стремиться и хотеть. Ведь обучение в Оксфорде было шансом, о котором мечтали многие, но которым она посмела пренебречь. Это было подобно тому, что Фрея разбила чужую мечту, заняв место, от которого отказалась. Но всё же спасла мечту Алиссы, которой здесь было место в гораздо большей мере, чем ей.
Она взяла от Оксфорда своё, ведь, в конце концов, приобрела гораздо больше, чем знания, к получению которых не так уж стремилась. После всего с ней оставался Джеймс, их общие друзья и незабываемое время жизни, полное радости не в меньшей мере, чем печали. Последние месяцы были полны жизни больше, чем всё время до этого. И всё же невзирая на это, Фрея быстро выдохлась. Решение поставить жизнь на паузу было необходимостью, что Алисса вряд ли могла понять.
— Мы должны вернуться и всё исправить. Ты не должна была совершать подобной глупости, — затараторила на одном дыхании Алисса, пытаясь остановить Фрею, которая продолжала упрямо идти вперед.
— Нет, мы не будем этого делать. Всё решено, — они остановились посреди коридора, только чтобы посмотреть друг другу в глаза. — Почему тебе так сложно принять от кого-то помощь? Ты так сильно печешься о других, но не даешь другим беспокоиться о тебе. Ты должна остаться учиться, Алисса. Мне же здесь уже нет места. Я могу справиться и без этого.
— Ты так самоуверенна, — уголки губ девушки растянулись в неуверенной улыбке.
— Я никогда ни в чем не была уверена. Ты это знаешь, как никто другой, — Фрея улыбнулась подруге в ответ. — Но не в этот раз.
— Ты сумасшедшая.
— Слышу от девушки, которая отрезала свои волосы ради подруги, — обе вслух рассмеялись.
— Это совершенно другое, — Алисса покачала угрюмо головой. — Волосы отрастут, а сюда ты больше вернуться не сможешь. Господи, это ведь означает, что ты уедешь? Уедешь навсегда?
— На самом деле, у меня ещё не было времени решить, что делать дальше, — Фрея пожала плечами.
Она была честна и с Алиссой, и с самой собой. Ей не было смысла оставаться в Оксфорде, но и возвращаться в Лондон не так уж хотелось. Тем не менее, выбор у неё был невелик. Даже Джеймс не мог предложить большего.
Поэтому, когда несколько дней спустя мистер Инканти намеренно встретился с ней, чтобы подробно распросить о совершенном в спонтанности решении, она также пожала плечами, не утруждая себя излишними объяснениями. Казалось, он был не менее обеспокоен её дальнейшей судьбой, в большей мере творчеством, поэтому спустя несколько минут глубоких раздумий предложил погостить в Италии у его жены, о существовании которой Фрея едва ли могла подозревать. Она не долго сомневалась, прежде чем согласиться.
