— Катя! Что ты говоришь? Разве я подарил тебе квартиру для того, чтобы тебя удержать?! Нет! Я хочу, чтобы у тебя остались о наших встречах хорошие воспоминания, если… ты уйдешь от меня. Вот документы. — Степан Гаврилович протянул мне бумаги.
— Спасибо! — обняв его за шею, прошептала я. — Ты очень добрый.
«И не по возрасту наивный», — добавила я уже про себя.
Была середина мая. К этому времени я уже обжилась в новой квартире, обставила ее мебелью и пересчитала свои сбережения. Конечно, моя «заначка» оскудела, но резерв еще имелся. Сегодня был точно такой же солнечный, теплый день, как и год назад, когда я оказалась в роддоме… Но мне надо было действовать, а не предаваться воспоминаниям.
Застав Алену на обычном месте у дороги, я подошла к ней и решительно сказала:
— Аленка, выручай.
— Я могу что-нибудь для тебя сделать? — удивилась та.
— Да, мне нужна твоя помощь.
…Стоя в соседнем подъезде, я нервно теребила пуговицы на блузке. Сердце выбивало бешеный ритм, но Алена все не звонила. Время шло медленно, а я ждала уже четыре часа. Мне пришлось сменить несколько подъездов, чтобы не привлекать внимания бдительных старушек, но телефон молчал.
Наконец он зазвонил, и я невольно вздрогнула. Взглянув на экран, я увидела, что звонит Алена. Быстро покинув чужой подъезд, я почти побежала домой, задыхаясь от волнения. Боясь, что лифт сломается и я застряну в нем надолго, я поднялась по ступенькам и открыла дверь.
В моей комнате на кровати сидела совершенно голая Алена. Она поила чаем прикрытого одеялом Степана Гавриловича. Вскрикнув от удивления, я еле выдавила из себя:
— Что здесь происходит?
Степан Гаврилович поднял на меня мутные, какие-то сонные, удивленные глаза и, еле ворочая языком, спросил:
— Где я?
— Ты!.. Ты!.. — задыхаясь и краснея, крикнула я. — Как ты мог?! Как ты посмел?!
Алена вскочила и быстро стала натягивать на себя одежду.
— Я… Я не знаю, что случилось, — мямлил Степан Гаврилович, делая неловкие движения руками.
— Вон! Вон отсюда! — швырнула я его одежду прямо ему в лицо. — А ты, шлюха, уводи его с собой!
Алена стала собирать одежду Степана Гавриловича и помогать ему одеться.
— Подло! Подло! Как это подло! — Я ходила взад-вперед по комнате, хватаясь за голову. — Как ты мог? Я тебе верила, а ты…
— Я… Я все объясню… Это недоразумение… Катя! — бормотал Степан Гаврилович, но Алена уже потащила его к двери, на ходу вызывая такси.
Я старалась не смотреть в их сторону. Мои щеки горели, сердце часто билось, ноги подкашивались. Но у меня хватило сил довести все до конца, и я захлопнула за ними дверь. Чувствуя, что у меня горят не только щеки, но и все лицо, уши, тело, я побежала в ванную и прямо в одежде встала под холодный душ.
«Подло! Подло! Как это подло!» — стучало у меня в висках до тех пор, пока я не почувствовала, что замерзла. Сбросив мокрую, липкую одежду в ванну, я переоделась в теплую пижаму и залезла под одеяло. Я была противна самой себе. Хотелось куда-то бежать — долго-долго, не оглядываясь, до тех пор, пока прошлое не исчезнет за горизонтом навсегда, но силы меня покинули, и я, как когда-то в детстве, натянула на голову одеяло и расплакалась.
Нареветься от души мне помешал звонок мобильного. Звонила Алена. Я взяла телефон и хриплым голосом ответила:
— Да, это я.
— Все прошло хорошо? — спросила она.
— Как он? — вместо ответа поинтересовалась я.
— Доставлен домой в целости и сохранности, — весело доложила Алена.
— Как тебе это удалось?
— Первый раз, что ли?!
— А все-таки?
— Секрет фирмы! Ты мне ответь: я все правильно сделала?
— Конечно. Спасибо тебе за помощь.
— Не за что! Долг платежом красен — не так ли?
— Конечно, — глухо ответила я и отключила телефон.
— Подло. Очень подло, — повторила я себе еще раз и опять натянула на голову одеяло.
Степан Гаврилович звонил по нескольку раз в день и пытался оправдаться. Наивный, добрый Степан Гаврилович не знал, что я уже давно поставила на нем жирный крест. Он заслуживал жалости, а я — порицания, но ни одному, ни другому в моей душе не было места.
Я купила себе несколько хороших вещиц в магазине «Скарлет и вскоре начала посещать дорогие рестораны, высматривая, словно хищник, очередную добычу.
Однажды я забрела в один из шикарных кабаков. Здесь отдыхала элита города, и за один вход сюда мне пришлось отвалить сто баксов.
Здесь были бильярдная и боулинг, говорили, что есть сауна и комнаты для богатых клиентов, где они встречались с любовницами или, на худой конец, снимали здесь же дорогую проститутку на ночь.
В зале царил приятный полумрак, а светильники в виде старинных канделябров делали атмосферу непринужденной.
Оркестр играл тихую мелодию, а у шеста крутилась полуобнаженная девушка, на которую мало кто обращал внимание. Ресторан славился китайской кухней, а я не знала ни одного представленного блюда, кроме суши, которые и заказала.