Где уже расположились по разные стороны хозяин и его гость в лице мистера Ролена.
— Это кофе, — тоном «вот видишь, а ты наговаривала!» проинформировал мой мужчина, когда церемония приветствия закончилась и я присела, подвинув свободный стул поближе к нему.
— Без коньяка? — подозрительно прищурилась я.
С его привычкой игнорировать сахар приступать к демонстрации вовсе не хотелось, да и был этот разговор не более чем шуткой, что не помешало Диего заухмыляться, чуть позже прокомментировав:
— Нет, вот я с самого начала предполагал, что она тебя под каблук загонит!
Гейб молча усмехнулся в ответ, уложив руку мне на колено, словно это было чем-то самим собой разумеющимся, тогда как я промолчать не смогла:
— Не преувеличивайте, мистер Арсе, когда мы познакомились, ничего такого даже не планировалось.
— Тобой, — конкретизировал Диего, продолжая смотреть на Гейба. — Так что скажешь, дружище?
— Скажу, что от подкаблучника слышу, — не поддался на провокацию демон, чьи слова только подтвердила ладошка Аниты, прикрывшая рот чересчур разговорившемуся мужу.
Мне же женщина подмигнула и не ошибусь, сказав, что подтекст был примерно в духе «так держать». Габриэль — подкаблучник? Нет, это всё-таки из какой-то другой реальности, чему я весьма рада.
Мы не стали напрягаться с обязательным планом рассадки, предоставив людям право выбирать самим, с кем и где они хотят сидеть. Только встречали практически у входа, приветствуя (по большей части сопровождающих, потому как с остальными здоровались в офисе) и желая хорошего вечера.
Во время сего действия Гейб подтвердил, что предложение о переезде было далеко не просто словами, ненароком демонстрируя всем и каждому, что я здесь на правах не просто секретарши и помощницы, а его девушки. Разумеется, некоторые знали об этом и так, лицезрея наши совместные отъезды с работы, но для кое-кого это стало сюрпризом, причём неприятным. Не раз и не два меня буквально с головы до ног окатывали презрением, особое внимание уделяя руке Габриэля, аккуратно лежащей на моей талии.
Но если на всяческих завистниц мне было плевать с высокой колокольни, то мнение одной женщины слегка, да интересовало. Так получилось, что раньше у меня не было необходимости знакомиться с чьими-либо родственниками, так что опыт был новый. Конечно, можно было привыкнуть к тому, что миловидная внешность Диметрис часто играла на руку, настраивая людей на позитивный лад, но где гарантия, что не произойдёт то самое исключение, которое подтверждает правило?
Так что встречи с сестрой Гейба я ждала с лёгкой нервозностью, выискивая среди прибывающих Рэйвена. Но пока появилась только Ирма — вот уж кто был мне безмерно рад, в каком бы то ни было качестве. Девушка не стала отказывать себе в желании пообнимать меня, как будто соскучившись за несколько часов, повисеть на шее у дяди, громко шепнув, как она за него рада, а затем упорхнула в зал, явно собираясь найти себе местечко где-нибудь в укромном уголке, подальше от родителей.
— Габи!
И всё-таки нужный момент я умудрилась прозевать, отвлекшись на короткий разговор с одним из работников клуба.
Сестра Габриэля (что за ужасное сокращение — Габи?) оказалась примерно с него ростом, а на каблуках и того выше. И, как и дочь, сходство с которой хоть и не было фотографическим, но вполне прослеживалось, обнимала его за шею, под взглядом по-отечески наблюдающего за этим Рэйвена.
Коротко кивнув Ястребу в качестве приветствия и получив аналогичный кивок в ответ, я попыталась разглядеть женщину повнимательнее, пока она не смотрела на меня, но вернувшаяся на талию рука помешала это сделать.
— Бель, познакомься, — ободряюще взглянув на меня, он вновь повернулся к сестре. — Это Диметрис, мой секретарь и…
— Да ты шутишь?! — договорить она не позволила, перебив восклицанием, разом привлекшим внимание тех, кто находился поблизости.
Продолжая обнимать меня, Габриэль обхватил пальцами её запястье, отводя чуть в сторону.
— Бэль, я попросил бы…
— А вот попроси, — женщина всё-таки понизила голос, но эмоции из него никуда не делись. А приятное в целом лицо искривилось, сразу приобретя отталкивающие черты. — Господи, Габи, ей хотя бы восемнадцать есть?
Я едва слюной не поперхнулась, а у Гейба глаза стали, как у лемура. Серьёзно? Блондиночка, конечно, выглядела младше своих лет, особенно без макияжа, но не настолько же. Тем более, секретарём в агентство по умолчанию не взяли бы несовершеннолетнюю.
Очень хотелось посмотреть демонстративно на часы (у меня их, правда, не было, но сгодились бы и чужие) и сказать, что «ей» буквально через пять часов исполнится тридцать, но я сдержалась. Тем более, всё равно бы никто не поверил, да и появилась идея поинтереснее. Исабель решила, что перед ней наивная глупышка, которую можно в упор игнорировать? Ну, так пусть получает.
