– Непременно, – помощник кивнул, – думаю, сначала необходимо обустроиться. Я прикажу выделить комнаты и подать обед, если проголодались. Вижу, прибыли налегке, подберем что-нибудь из одежды. Иван крупнее Варфоломея будет, но на первое время его вещи сгодятся, а после вызовем портного. Савва Никитич, если не ошибаюсь, одного роста с Игнатом Александровичем, только исхудал сильно. Служанки подгонят вещи по размеру.
Чтобы не афишировать информацию о появлении новичков в доме, Алим вызвал Гаврилу Силантьевича.
– Нина Константиновна, – мужчина по-отечески обнял и расцеловал в обе щеки, – как же я рад! Теперь все хорошо будет.
Полозьевы под присмотром Гаврилы отправились заселяться, а мы с Алимом остались наедине. Помощник прикрыл двери и развернулся ко мне. Добродушная улыбка исчезла, сменяясь праведным гневом. Молодой человек вытащил из брюк ремень, зажал в кулаке и потряс в воздухе.
– Я обещал выпороть? Я слово держу! А ну, иди сюда, негодница. Понимаешь, как мы волновались? Как попала в Кречетов даже спрашивать не буду. Но кто дернул разбираться с разбойниками в одиночку?
Коляска пришла в движение, и я опасливо отступила. Прежде не замечала за Алимом бурного проявления эмоций. Он не шутил и всерьез собирался всыпать ремня. Замахнулся.
– Послушай, обошлось же, – отпрыгнула, защищая драгоценную часть тела от наказания, – бить детей непедагогично! И, вообще, что тут происходит? С чего вдруг брат вызвал Клима на дуэль?
– А с того, что княжич прилюдно оскорбил Игната, обвинил в клевете и укрывательстве, грозился рассказать правду о происхождении, – ашкеназец не оставил попытки добраться до многострадальной искательницы приключений и колесил на инвалидной коляске следом за мной, – что оставалось делать, если Клим Григорьевич слушать ничего не хотел? Будто с цепи сорвался, требовал выдать тебя, чтобы немедленно заключить брак. Дескать, это единственное, что спасет Демидовых, или Стужев уничтожит род. На увещевания о твоей гибели в ледяном квартале, твердил, что это наглая ложь.
– Проклятье! Какая муха его укусила? Мы ведь передали князю кристалл с признаниями Степана. Он спасибо сказать должен, что заговор не удался и наследник Стужевых выжил.
– Такое впечатление, что Григорий Климентьевич кристалл не получил, – Алим так звучно щелкнул ремнем по краю стола, у которого я стояла, что невольно подпрыгнула.
– Значит, отправим запись еще раз и объясним ситуацию. Уй! – потерла спину пониже поясницы, зацепил все-таки.
– Слушать ничего не хочет. Пробовали уже. Ультиматум выставил: выдать голову Игната и тебя с клятвой верности роду, или князь идет на штурм и сам возьмет, что нужно.
– Не понимаю, откуда такая уверенность, что я выжила? – задумалась, и пропустила еще один чувствительный шлепок. – Ай, больно! Как ты с сюзереном обращаешься? Ты же не смеешь навредить!
– Какой же тут вред? Воспитание! Наставление уму-разуму, чтобы не лезла в пекло и не подставляла шею под клинки, – с горячностью ответил Алим, который, похоже, еще не выпустил пар.
И это он еще об усадьбе Юшина не знает! И о закрытом источнике, и об алтаре темников. Мамочки!
– Нельзя с Демидовыми воевать. И эта дуэль так некстати случилась! Проклятье! Надо было сразу сообщить новости, – расстроилась и на автомате перехватила мелькнувший рядом ремень, – подожди, после воспитывать будешь. Я узнала, кто мать Юленьки.
– Что узнала? – не поверил Алим. – Как? И кто же?
– Хозяин «Гнутой подковы» рассказал, и даже предъявил доказательства. Кстати, Михей с семьей летит в Алапаевск, будет служить роду. Он связан кабальной кровной клятвой, не предаст и не обманет. Я наобум спросила, не останавливалась ли на постой молодая женщина на сносях, а он подтвердил, что останавливалась. Компаньон Михея продался разбойникам и наводил на денежных клиентов. Исчез пару месяцев назад, когда Игнат банду уничтожил.
– Ну же, не томи! Кто она? Специально тянешь?
– Софья Григорьевна Демидова, – назвала имя и закусила губу, наблюдая, как округляются глаза помощника, – думаю, доказательства не потребуются, если Григорий Климентьевич увидит девочку.
– А кто биологический отец? – сухо поинтересовался ашкеназец, погрузившись в размышления.
– Могу только предположить, основываясь на таланте Юленьки очаровывать с первого взгляда. В таверне заправляла Марийка, используя хозяина и его семью как слуг. Остальные люди подчинялись ей беспрекословно, повязанные кровной клятвой. Так вот, у этой Марийки в помощницах ходила служанка, знающая толк в ядах и запрещенных снадобьях. Перед смертью она рассказала о господине, обладающем удивительной способностью влюблять в себя женщин и подчинять их при помощи магии крови. Некий дворянин Милославский, – Алим поперхнулся, – второй из братьев, – поспешно добавила, а то еще сердечко прихватит.
– Кхе-кхем, – молодой человек прокашлялся, ослабил узел на шейном платке, подкатил к столу, чтобы налить воды из графина и осушить стакан залпом, – это все новости или еще сюрпризы будут?
