— Да, мы надеемся, что доктор Тоби еще долгое время останется с нами, не так ли, душка Молли Мэлони?
Малютка безмятежно грызла крекер и улыбалась.
Они потягивали шампанское и ели сэндвичи с салатом. Мысли у Тоби вертелись вихрем. Рассудок приказывал ей быть крайне осторожной с Клеем и выбираться из водоворота противоречивых эмоций.
— Это лучшее празднование, какое у меня когда-либо было, — заявил Клей.
— Ой ли? — поддразнила Тоби. — Вы, вероятно, привыкли к триумфальным шествиям?
— Да, — кивнул Клей. — Вы бы видели, какой праздник закатили мои родители, когда я запатентовал непротекающий кран. Они пригласили самых видных… — Клей вдруг осекся.
— Что? — оживилась Тоби. — Я хочу услышать. Если сэндвичи с салатом и мы с Молли в качестве гостей — лучшее празднование, то каковы же худшие?
— Предки пригласили всех своих друзей и организовали барбекю во дворе, — закончил рассказ Клей, поняв, что чуть не проболтался.
Он не мог сказать, что среди гостей были сенатор, звезды кино и всемирно известный адвокат. Или что этот банкет обошелся в шесть тысяч долларов. Но, несмотря на весь шум и список почетных гостей, он не врал, когда говорил, что нынешнее празднование в тесном кругу дороже для него, чем все изыски, которые могут позволить себе его родители.
Клей понимал, что рано или поздно ему придется открыть правду о своих родителях. Но только не сейчас, не раньше, чем он запатентует свой преобразователь и докажет, что стоит чего-то сам по себе, а не только как сын своего отца. Кроме того, если он скажет ей правду сейчас, она может разозлиться на то, что он обманом заставил ее провести уикенд с ним и Молли. Он не мог рисковать.
Пересмешники пели свои песенки. Малиновки и сойки порхали между ветвями. По полянке пробежала белка. Клей заметил, что Тоби краем глаза рассматривает его.
— Идите сюда.
Поколебавшись немного, Тоби устроилась рядом с Клеем, и они смотрели, как Молли ползает по одеялу.
Клей был счастлив и совершенно спокоен. Через два дня он съездит в Хьюстон и зарегистрирует изобретение. Он уже приблизился к осуществлению своей мечты — преобразователь в каждом доме. А в его доме жена. Жена? Неужели он зашел так далеко в своих мыслях о Тоби?
— Посмотрите на облака, — прошептал Клей. — Видите, вон ковбой скачет на лошади.
— Это игра мечтателей, — проговорила Тоби.
— Что вы имеете в виду?
— Мой отец так играл со мной. Он видел львов, замки и драконов, а я видела только облака.
— О, постарайтесь еще. Чуть-чуть скосите глаза. Разве оно не похоже на лошадь? Видите гордую голову? А это звонкие копыта.
— Извините, Клей, но я не отношусь к типу мечтателей.
— Ну что ж, — прошептал он. — Кто-то должен твердо стоять на земле.
Интересно, что она чувствует к нему?
Вопрос застрял у него в горле. Он знал, что Тоби его хочет. Но о ее чувствах помимо физического влечения он не знал практически ничего. Однако она здесь, с ним, а не с Эдвардом Беннетом. Клей попытался представить этого надутого пластического хирурга лежащим на одеяле и младенца, лепечущего рядом с ним. Не получилось. Он явно не подходит для этой роли.
И все же его беспокоило, что Эдвард Беннет явился в кабинет доктора Эвери и сделал попытку примирения. Не попытается ли он еще раз? Не уступила бы Тоби, если бы они с Молли замешкались?
— Ленч был просто замечательный, Клей, но мне надо возвращаться на работу, — заявила Тоби, нарушая чары весеннего дня. Она села и разгладила юбку.
— Вы вернетесь сегодня ко мне?
Клей встал и стал собирать остатки пикника. Тоби колебалась, и сердце его трепетало.
— Я не уверена, что надо, — пробормотала наконец Тоби.
— Но почему?
— Я боюсь, что мы натворим что-нибудь, о чем потом пожалеем.
— Тоби, пожалуйста. Вы нужны мне, вы нужны Молли.
— Вовсе нет, вы прекрасно справляетесь с ней.
И словно в ответ Молли завизжала и потащила в рот траву. Тоби едва удалось отнять ее.
— Вот видите, с девятимесячной крохой лишних рук никогда не будет. Останьтесь, пожалуйста.
Он увидел на ее лице борьбу и решил чуть нажать.
— Помните, мы договорились завтра выбирать машину. Что же, мне ехать за вами в Кендлридж?
— Пожалуй, нет, — улыбнулась Тоби.
— Я буду безупречным джентльменом. Честное скаутское!
— А вы были бойскаутом?
— Нет.
— Вот что, Клей, я останусь у вас на уикенд, но с одним условием.
— И какое же это условие?
— Вы расскажете о том, что скрываете от меня.
Он обещал.
Вернувшись домой, Клей сменил Молли подгузник и стал решать дилемму. Если он скажет Тоби, она, несомненно, возмутится и уйдет. Если не скажет, она не останется.
А что, если он скажет ей правду, а она не возмутится из-за его обмана? Что, если она польстится на его богатство? Учитывая ее прошлое, то, что она росла в нищете и была помолвлена с доктором Беннетом, возможно, его деньги взволнуют ее больше, чем его любовь. Он не раз попадался на крючок девицам, охотящимся за семейными состояниями.
