— Поверь, если кто меньше всего меня таким и представляет — так это я сам. Но моя госпожа в беде, а значит, остаться простым священником и жрецом у меня никак не получится.
Кенира сначала посмотрела на меня долгим взглядом, а потом громко расхохоталась. Несмотря на то, что её смех звучал звонко и задорно, я ощутил обиду. Разомкнув объятия, я сделал шаг назад и сложил руки на груди.
— Я сказал что-то смешное?
— Прости-прости! — продолжала смеяться Кенира. — Но твоя богиня — женщина, и ты сам сказал, что она в беде.
— Да, именно так! И что же тебя так развеселило?
— Ну, получается, что она — та самая невинность в той самой беде, о которой мы говорили вчера.
— В некоторой степени так и есть, — подтвердил я, всё ещё не понимая, куда она клонит.
— И ты, отважный рыцарь, её собираешься спасти! Доспехов на тебе нет, зато меч всегда при себе! — хихикнула она и, увидав, что я до сих пор морщу лоб, начала интенсивно двигать бровями.
Как оказалось, этот мимический жест имел одно и тоже значение в обоих мирах. До меня, наконец, дошёл весь подтекст её намёков.
— Главное не спаси заодно ведьму и дракона! — продолжила веселиться Кенира.
— Ересь! — воскликнул я, сделал быстрый шаг вперёд и отвесил ей лёгкий подзатыльник.
Она рассмеялась ещё сильнее. Не выдержав заразности её смеха, я тоже начал хохотать.
— Надеюсь, после такого госпожа не лишит меня благодати, — отсмеявшись, сказал я.
С лица Кениры мигом слетело всё веселье.
— Прости, я не хотела! — испугалась она. — Как я могу исправиться?
— Не беспокойся, — успокоил её я. — Если бы ты была знакома с госпожой так долго и близко, как я, то знала бы, как она ценит хорошую шутку.
— А это возможно? — спросила Кенира.
— Что возможно? — не понял я.
— Познакомиться с твоей богиней.
Я замер. Слова Кениры отозвались в моём сердце учащённым стуком.
— Ты хочешь стать последователем Владычицы Снов? — на всякий случай уточнил я. — Не торопись, обдумай. Это важное решение, способное изменить твою жизнь навсегда. Ирулин — не слишком могущественная богиня, присягая ей, ты упускаешь другие шансы.
Кенира не колебалась ни мгновения.
— Когда меня гнали по всему Королевству как ничтожное животное, ни один из великих богов не пришёл мне на помощь. Но появился ты. Паладин этой самой «не слишком могущественной богини». И меня спас.
— Ещё не спас, — возразил я. — Наш путь только начат, и я ещё не сделал ничего такого особенного. Возможно, мы оба погибнем, не достигнув цели.
— Ты сделал для меня больше, чем все остальные люди вместе взятые. Кроме, конечно, мамы. И этот факт не изменит даже смерть. К тому же хороший крепкий сон — не худшее, что есть в мире, сегодня я убедилась в этом сполна. Не волнуйся, я действительно хочу принять твою богиню. Нашу богиню.
— Уверена? У той, кому ты присягаешь, всего лишь один последователь.
— Заблуждаешься. Нас двое.
Мы быстро собрали вещи и ликвидировали следы лагеря, так тщательно, как позволяли обстоятельства. Как всегда, результат вышел неудовлетворительным. Затея с дёрном, на которую я возлагал столько надежд, нисколько себя не оправдала. Наоборот, теперь зелёный квадрат ярко выделялся в обрамлении травы, чуть пожухшей и пожелтевшей от высокой температуры. Также не получалось ничего поделать с изгрызенными Рахаром корнями и разрытыми стенами оврага — похоже, тупая скотина оказалась вовсе не тупой, а наоборот, хитрой и коварной, желающей нашей погибели.
Руководствуясь картой местности, сохранённой в моей идеальной памяти, я простроил маршрут дневного перехода так, чтобы покрыть наибольшее возможное расстояние. Если не получается обеспечить скрытность, тогда поможет только скорость. Это значит, нужно ехать максимально быстро, без задержек и остановок, кроме как для быстрого перекуса и кормёжки Рахара. К счастью, тигилаша являлись всеядными зверьми и могли питаться травой и листвой, перемалывая её со скоростью сельскохозяйственного комбайна. Моё беспокойство по поводу транспортировки остатков супа, если эту гадость можно так было назвать, оказались напрасными — на прохладном утреннем воздухе суп окончательно застыл, превратившись в большой кусок желе. Теперь он не разольётся даже из сильно раскачивающегося котелка, который я водрузил на ту же торчащую из седла рогатину.
Проверив надёжность креплений груза и жердей, я бросил последний взгляд на остатки лагеря, выделявшиеся на местности пятном стихийного бедствия, вздохнул, забрался в седло к уже сидящей Кенире, пристегнулся и направил Рахара прочь.
Через некоторое время мой новоявленный аколит, до сих пор пребывающий в раздумьях, подала голос. И спрашивала она отнюдь не о богине и не о нашей общей религии.
— Скажи, Ули… Во всех приключенческих романах, что я читала, во время ночёвки герои по очереди несли дозор, чтобы враг не сумел незаметно подкрасться и истребить всех во сне. Ещё они использовали чары и сторожевые артефакты, но их у нас нет, так что и говорить не о чем. Мы с тобой спокойно ложимся спать, не озаботившись вахтами и патрулированием.
