Тайны Градимире нравились, если она была к ним причастна. И очень не нравились, если они проходили мимо нее. Здесь же и вовсе некий тайный посланник, что было совсем уж из рук вон плохо. Тайной здесь должна быть она одна. Поэтому жрица Лады решительно направилась к тому месту, где сейчас находился Генрих Строптивый вместе со своим сыном.
Помогла носимая ей личина немного недалекой красавицы. Охрана попыталась было остановить Градимиру, но со всей возможной вежливостью. Но когда та начала срываться на крик и угрожать «пожаловаться Генриху», то есть наследнику, один из воинов предпочел доложить о желающей увидеть наследника Ядвиге, чем потом оказаться виноватым… Да во всем, в чем взбалмошная красотка вздумает его обвинить. В конце концов, пусть наследник сам с ней разбирается. Или сам герцог, который очень не любил, когда его отвлекают от дел и даже от отдыха.
Однако, к некоторому удивлению воинов охраны, наглую девицу пустили. Наследник, взяв красотку под ручку, повел победно улыбающуюся девушку внутрь покоев бывшего наместника. Со стороны они казались парой действительно влюбленных. На деле же все было совсем иначе. Даже неслышимые для охранников слова, сказанные на ушко Градимире, не имели ничего общего с любовными признаниями и даже обычными, ничего не значащими словами. Исключительно деловой вопрос.
– Что случилось, почему так… грубо? Ты привлекла к себе внимание, даже любовнице наследника такое редко сходит с рук. Отец будет недоволен.
– Срочное послание, – прошептала в ответ Градимира. – Твоему отцу способное помочь в его войне.
Наследник лишь кивнул, показывая, что понял. Говорить ничего не стал, потому что пока они были не там, где можно говорить без опаски. Слуги… В этой части замка они тоже были, причем доставшиеся еще от наместника. Разумеется, прислуживающих бывшему владельцу замка заменили, но говорить при них о чем-то важном… не стоило.
Зато это можно было делать в помещении, где находился герцог Баварский. Сейчас рядом с ним не было никого, а сам он был занят, просматривая какие-то бумажные и пергаментные листы. Некоторые в раздражении отбрасывал в сторону, некоторые летели прямо на пол. Зато малая часть бережно помещалась в небольшой инструктированный слоновой костью ларец, стоящий на краю стола.
Генрих Строптивый обратил внимание на вошедших лишь тогда, когда его сын закрыл за собой дверь, сделав это с излишним шумом, чтобы привлечь внимание отца. Привлек, что тут сказать…
– Я же говорил, чтобы меня не… Сын? И ты?.. Что случилось?
– Здесь можно говорить свободно?
– Да, клянусь смертью Христовой! – прорычал герцог. – Слуг здесь нет, а охраняют меня те, кто не осмелится предать. Говори, женщина!
Жрица Лады позволила себе слегка улыбнуться. Выставляемые герцогом напоказ чувства могли многих запутать, создавая облик грубоватого и не любящего слишком задумываться вояки. На самом же деле при необходимости Генрих Строптивый мог изображать почти любое чувство, от безграничной любви до лютой ненависти. И определить, где истина, а где ложь, могли далеко не все. Вот и сейчас он был спокоен и собран. А грозный рык – это лишь попытка подействовать на нее. Забавная, но бесполезная. Ее слишком многому научили. Да и до обучения назвать робкой и пугающейся громких криков ту, которая убила не один десяток степняков-людокрадов…
– Войско Бернгарда Саксонского не будет угрожать вам, герцог.
– Почему?
– Самого войска скоро не будет, – мило улыбнулась жрица. – А мертвецы в Нави, они в наш мир еще долго вернуться не смогут и уж точно не ради того, чтобы помочь вашим врагам.
– А Конрад Швабский в Польше, – призадумался Строптивый, поглаживая свою небольшую ухоженную бородку. – И если я не буду досаждать его землям, то он не бросит все и не примчится сюда, чтобы сохранить свои владения.
– Именно так, герцог.
На эти ее слова Генрих Баварский не обратил ни малейшего внимания. Равно как и на то, что девушка сама, без его позволения, присела на стул с высокой резной спинкой. Сейчас Генриху вообще было не до мелочей вроде этикета. И Градимира это понимала, потому и позволила себе такую вольность. К тому же ей было что еще сказать, но уже не просто так.
– Хотите еще узнать одну полезную для вас тайну?
– Хочу. Но, слыша такой вопрос, понимаю, что просто так мне ее не откроют. Что хочет от меня ваш князь? И стоит ли это того?
– Вам виднее. С кем у вас должна состояться встреча, чей посланец прибывает к вам, герцог, втайне от всех?
И сразу же Генрих Баварский расслабился. Даже не скрывал того, что этот вопрос его ничуть не тревожит.
– Легат Папы Иоанна Пятнадцатого.
– Но он же…
