— Не удалось. Зоя оказалась изворотливой. — Он коротко рассказал, как все произошло, потом, выслушав нарекание Глеба, перевел разговор. — Аркадий смог найти слабую жилку Зои.
Отступив на шаг, Корозов усомнился:
— Как бы такая слабая жилка не оказалась его большим просчетом! Но это не наши дела, пусть они варятся в собственном соку. Для тебя сейчас задача номер один — найти Флебникова, пока он опять не выкинул какой-нибудь фортель. Мне надоело быть в роли жертвы!
Вытащив диск, Исай покрутил его в руках.
— Скопируй. Для Акламина, — сказал Глеб.
Через полчаса с копией в кармане он поехал к Аристарху. Прослушав запись и рассказ о неудавшейся попытке проследить за Зоей, Акламин некоторое время молчал. События развивались стремительно. Флебников становился крайне опасным. Загнанный в угол, он, как раненый волк, не отступает, а рвет зубами всякого, в ком видит опасность и кого может достать. Прервав молчание, Аристарх предположил:
— Отношения между Падищевым и Зоей в таком ключе не могут продолжаться вечно. Думаю, развязка где-то близка. Ко всему, если Аркадий и Зоя заметили хвост за собой, то появление ее в квартире Падищева в дальнейшем маловероятно. Он далеко не глупый человек, чтобы совершить такую оплошность. А Зоя, похоже, не только изворотлива, но и умна. Определенно, в квартиру к Аркадию она больше не пойдет, как бы ей ни хотелось увидеть своего ребенка. По крайней мере, в ближайшее время. Люди Исая спугнули их.
В легком костюме и синей рубахе без галстука Акламин сидел за рабочим столом, положив перед собой руки. Перед ним на столешнице стоял ноутбук, лежало несколько чистых листов бумаги и авторучка. Его пальцы дотрагиваясь до нее, чуть шевелили. Лицо было серьезным, даже, может быть, слишком серьезным. Он хорошо сознавал, как важно теперь вовремя остановить Игоря, не дать ему возможности устроить кровавые разборки. Дослушав Аристарха, Глеб, сидевший напротив, встал со стула, отодвинув его ногой, поправил пиджак, застегнул на пуговицы, прошел по кабинету к окну. Посмотрел на улицу. Рассуждения Аристарха, по его мнению, были правильны, но лишь наполовину. И здесь было что обсудить. Отвернувшись от окна, он — высокий, плотного сложения, — частично загородив его спиной, сдержанно возразил:
— Не совсем все так, Аристарх. В отношении Зои ты, возможно, прав, но вот Падищев — совсем другое дело. Он обязательно захочет видеть ее. Конечно, он не повезет ее к себе домой, но может организовать другое место, где Зоя увидит ребенка, а Аркадий утолит свой голод. Поэтому я переориентирую Исая на все передвижения Падищева. Причем слежку он ни в коем случае не должен обнаружить. Не знаю, как получится, Исаю придется поломать над этим голову.
— Не забудь главного, — предупредил Акламин. — Пока его не взяли, он будет устраивать на тебя охоту. Я всегда прошу тебя об одном: будь предельно осторожен, усиль охрану.
На овальном, чуть удлиненном лице Глеба щеку тронула легкая морщинка:
— Мне одно в этой истории непонятно, Аристарх. Почему Зоя не может прибегнуть к помощи Флебникова, отрезать все по живому и не мытариться больше?
Покрутив пальцами авторучку, Акламин ответил:
— Возможно, Флебников не хочет этой войны с Падищевым, а может быть, он ничего не знает про двойную жизнь Зои. Боюсь, что сейчас сгущаются тучи и работы мне может прибавиться. Впрочем, тучи уже и так сгустились.
Глубоко втянув в себя воздух, Корозов затем шумно выдохнул:
— Но все-таки, кто-то же организовал нападение в ресторане на самого Флебникова! Не сам же он. Какой смысл? Зачем? Зоя утверждает, что это Падищев, хотя из записи их разговора такие подозрения не возникают. Но, учитывая запутанные отношения, патетически предположить можно, что Аркадий хотел убрать соперника. Однако, опять же, что бы это дало? Она его не любит. Даже если он убьет Игоря, она найдет кого-нибудь третьего, пятого, десятого, но к Падищеву вряд ли вернется, несмотря ни на что. В общем, Аристарх, поглядим, куда кривая выведет.
Отодвинув от себя авторучку, Акламин оперся руками на столешницу и поднялся на ноги:
— Нет, Глеб! Кривая — это не моя дорога. Версия должна обрасти железными доказательствами, только тогда она станет бить, как пуля из ствола. Но пока такого металла у меня в руках нет. Поэтому я буду сомневаться до тех пор, покуда факты не зазвенят, как тетива лука, отправившая стрелу в десятку. Понимаешь, в любую минуту свидетельские показания могут измениться, и все рассыплется, как карточный домик. На первый взгляд кажется, что есть чем прижать к стене, но при этом остается много вопросов. А раз так — стало быть, на них надо ответить. И не стоит надеяться на кривую. Падищев сейчас нужен, чтобы зацепить Зою, а через нее найти местонахождение Флебникова. Надо решить эту задачу! — Он, приблизившись, протянул Глебу руку. — Ладно, отправляйся к себе, а мне есть еще над чем поломать голову. Вокруг тебя такая каша заварилась.
Пожав ему ладонь, Глеб что-то хотел ответить, но, передумав, молчком твердой походкой вышел из кабинета.
