– Идёмте, мне нужно с поговорить с вами… со всеми. Хочу извиниться, – проговорила она и решительно двинулась в лагерь.
Разговор не затянулся надолго. Мила с Линой, конечно, пофыркали, погрозили кулачками, мол «если ещё раз, то сразу и ещё как!», но извинения Ольги приняли, как и Мария с Елизаветой.
Бестужева даже не поверила сначала, что всё прошло так просто и «безоблачно», но заметившая её нервное состояние Вербицкая нашла слова для успокоения… или повод для взрыва?
– А теперь ты задумалась о том, нет ли в нашем столь скором согласии, какого-нибудь подвоха, да? – Маша хитро сверкнула глазами.
– Пф, – Ольга вздёрнула подбородок, но тут же стёрла высокомерное выражение с лица, – что, так заметно?
– Не то чтобы так уж заметно, но… просто на твоём месте я бы повела себя именно так, – честно призналась Вербицкая. – Но могу заверить, у тебя нет повода для беспокойства… по крайней мере до тех пор, пока ты вновь не «напялишь корону», как сказал Кирилл.
– А причём здесь мой жених? – нахмурилась Ольга.
– Как бы тебе сказать… – с лисьей улыбкой протянула Мария, постукивая пальчиком по губам. – М-м, может быть дело в том, что он нас настрого предупредил не переходить черту? Чтоб воспитательный эффект не смазывать и не превращать его в вечное противостояние, как он заявил.
– Подожди-ка, подожди… – Ольга нахмурилась. – Хочешь сказать, что всю эту травлю затеял Кирилл?!
– Не травлю, – неожиданно резко заявила Мария, – урок. И мы, между прочим, поначалу тоже были не в восторге от его затеи. Но когда ты начала себя вести именно так, как предсказывал Кирилл, наше мнение изменилось, и мы довели дело до конца. До логического, прошу заметить, конца.
– Вот засранец! – Ольга еле сдержалась, чтобы не выругаться ещё крепче. – То есть, все эти ваши выходки…
– Были прямой реакцией на твои действия, – перебила Бестужеву самая младшая участница похода. – А то, что Кирилл всё это спрогнозировал и заранее дал добро на твоё «курощение», не так уж важно. Не находишь?
– Ну, Кир! Ну, женишок… дай только до тебя добраться! – рыкнула Ольга, и волосы на её голове затрещали от пробежавших по ним искр, на миг придав причёске вид «одуванчика».
– Ты сначала с ним помирись, а уж потом новую ссору затевай, – неожиданно вклинилась в их разговор Мила. И вот уж у кого-кого, а у Громовой насмешки в голосе было хоть отбавляй. Впрочем, сама Оля на это не обратила почти никакого внимания. Сейчас её разум был занят совершенно другими мыслями.
– Ну не сволочь, а? «Я терпеть не могу, когда людей играют втёмную»! А сам?! – от избытка чувств, Бестужева даже стукнула кулаком по стволу небольшого деревца, тут же осыпавшего её какой-то трухой и сухими веточками.
– А он никого «втёмную» и не играл, – пожала плечами Мария, с интересом энтомолога рассматривающегося новый вид бабочки, наблюдавшая за ярящейся Ольгой. – Кирилл ещё во время сборов объяснил нам, чего добивается и как лучше будет тебе досадить. Никогда бы не подумала, что у него такая богатая фантазия, честно говоря…
– А я?! – взвилась Бестужева. – Со мной он что, не играл? Мог бы, вообще-то, действовать прямо!
– И как ты себе это представляешь? – улыбнулась невозмутимая Маша. – «Дорогая, учти, если в походе не спрячешь свою корону куда подальше, девочки тебя достанут своими выходками, и я их даже наказывать за это не буду». Так, что ли?
– А хоть бы и так! – в запале воскликнула Ольга. – Он же… я… и вообще…
– Он хотел, чтоб ты своим умом дошла и поняла, что такое работа в команде, и чем руководство равными отличается от командования слугами. И кстати, именно Кирилл просил, чтобы по окончании «урока» мы рассказали тебе «кто, зачем, за что», – ровным тоном произнесла Мила. – Жёстко получилось? Может быть. В чём-то даже жестоко, даже спорить не буду. Зато справедливо, не находишь? Да и Кирилл, между прочим, совсем не любитель «мягкого подхода» в обучении. Уж ты мне поверь, проверено на личном опыте. Да, Лин?
– Абсолютно точно, – хмуро кивнула та.
– И всё равно, обидно, – уже куда тише проговорила Бестужева.
– Поверь, уж лучше так, чем с переломами руки и ног, – заметила Мила, а её сестра поёжилась, словно вспомнив что-то очень неприятное… и явно связанное с Кириллом.
Ольга насторожилась, но обстановка для расспросов показалась неподходящей, да и близняшки, кажется, совсем не горели желанием продолжать эту тему, если судить по тому, как они, резко замолчав, вернулись к прерванным делам. Разговор завял сам собой, а там к сёстрам присоединились и Посадская с Вербицкой.
Заметив, что «подчинённые» заняты делом, задумавшаяся было Бестужева, встрепенулась и рванула на помощь, приняв горячее участие в сворачивании лагеря и подготовке выхода к последней точке маршрута, на которой они должны были появиться ещё позавчера.
