Отвязав Велеса, Норен влез в седло и, не оборачиваясь, направился по восточной продольной дороге к северной части Слияния. Подняв подбородок, наемник смотрел на звезды и виднеющийся вдали замок «Четырех Лепестков» – центр всего Наглаида – и дышал полной грудью, чувствуя, как его спину буравит взгляд Калюса. Тут он поддался какому-то странному порыву, которому и сам позже не смог дать объяснение, и, улыбнувшись, крикнул:
–Может быть, Калюс, когда-нибудь, если я устану от всех этих путешествий, если мне наскучит езда в седле, то тогда я устроюсь к тебе на работу телохранителем!
Позади послышался смех.
Разглядывая в здании суда доску с объявлениями о разыскиваемых преступниках, Норен чуть слышно топал мыском правой ноги по каменному полу. Сложив руки на пояс, наемник чувствовал неприятную пустоту, так как меч вместе со стилетом заставили снять на входе. «Но зато теперь у меня есть спрятанные ножи!»,– вспомнил Норен, и на душе у него стало чуточку легче и спокойнее. Хоть здание суда и было одним из самых безопасных мест во всем Наглаиде, наемник все же не любил оставаться совсем без защиты.
Самая большая награда, а точнее тридцать семь золотых и десять серебряных давалась за банду из четырех человек под руководством Грегора Шрама. Как указывалось в комментариях, совсем недавно, а точнее неделю назад, они ограбили ювелирную лавку, и по слухам теперь прячутся где-то в Слиянии. Совершили они всего два убийства, и в королевствах это бы сулило им лет десять работы в каменоломне, но за убийство на территории Слияния – только если это не свершение воли правосудия – преступнику без малейших сомнений рубили голову или вешали (на его вкус).
Так же говорилось, что в последний раз их банду видели в западной части Слияния, где-то в Грязных кварталах. «Можно будет спросить у Делория,– подумал Норен, поскребя подбородок.– Если этот Шрам попытался сбыть награбленное, то мимо него незамеченным он бы точно не прошел». Делорий – один из подпольных скупщиков, которого Норен однажды спас от головорезов, когда тот их пытался надурить, недооценив бриллиант размером с грецкий орех. Скупщик был несказанно благодарен. Правда, лишь первые несколько часов после своего спасения.
–Да,– прошептал он сам себе,– за то можно взяться.
Позади послышались тихие, почти беззвучные шаги, и сразу же за ними последовал знакомый голос:
–С кем ты там шепчешься, Норен? Бумага тебе не станет отвечать, это не в ее стиле.
–Судья Уильям,– поздоровался наемник, кивнув головой и сложив руки за спиной.– Как видишь, рассматриваю ваше меню.
–И за кого ты решил взяться?– встав рядом с ним, Уильям Корнуэлл сложил руки аналогично наемнику.
Судья представлял собой невысокого худощавого мужчину сорока с небольшим лет, почти лысого, не седого, и одетого в строгую дорогую одежду, подобающую его высокому положению. Лицо мужчины было грубым, голова напоминала треугольник (вершина которого направлена вниз), кончик не слишком сильно горбатого носа смотрел в пол, глаза были глубоко посажены, брови густы, а лоб широкий и покатый.
Норен без слов ткнул пальцем в объявление с рисунком физиономии Шрама.
–Да-а, тот еще негодяй. Надеюсь, ты найдешь его и его шайку. Но, я хотел поговорить с тобой о кое-чем другом.
–О чем?
–Пошли в мой кабинет,– судья развернулся на пятках.– Там все расскажу. Тем более, тебе нужен документ, временно удостоверяющий волю правосудия в твоем лице. На тот случай, если придется убить их, ну, сам понимаешь.
Наемник последовал за Корнуэллом. Поднявшись на второй этаж, и немного побродив по коридорам, они вошли во вполне уютную комнату. Не говоря ни слова, судья подошел к своему столу, выдвинул из него ящик, достал разрешение, что-то в нем нацарапал, расписался, и вручил наемнику.
–Так, о чем ты хотел поговорить?– сложив бумагу и убрав ее в свою набедренную сумку, заинтересованно спросил Норен.– Зачем такая конспирация, Уильям?
–Конспирация?– удивился судья.– Я давно заметил, что для наемника ты слишком красноречив.
–Давай к делу,– не обращая внимания на вопрос, сказал Норен.
–Хорошо. Видишь ли, у меня тут есть еще одно задание, которое я решил не вывешивать на всеобщее обозрение, так как не хотел, чтобы его принялся выполнять… кто попало.
–Хватит темнить и вилять, судья, говори прямо,– вздохнул наемник.
–Я и говорю,– в голосе послышались нотки нервозности, и это удивило Норена. Обычно судья был спокоен, словно удав после сытной кормежки.– Мне нужен проверенный профессионал своего дела, потому как у нас появился очень опасный преступник. Я не хочу, чтобы какие-нибудь идиоты начали гоняться за ним, спугнули и заставили спрятаться так, что потом его вообще никто не найдет, ведь один раз такое уже произошло.
–В каком смысле?– спросил Норен и присел на стул, предложенный Уильямом.
