В конце концов, когда все группы были снаряжены, их поочередно стали уводить за территорию Убежища. Настала и наша очередь. Прежде чем отправиться, всем испытуемым повязали глаза широкой повязкой. Словно баранов на убой нас повели в неизвестном направление. Мы шли на голос мастера идущего впереди. Он громко предупреждал о препятствиях и преградах на нашем пути, которые не всем и не всегда удачно удавалось обойти, и указывал направление движения. Мы периодически утыкались друг другу в спины, спотыкались и падали, со злостью и руганью вставали и шли дальше. Где-то рядом слышалось хриплое дыхание Клода. Мы шли встретить свою смерть, либо вкусить радость победы. Внезапно я услышал, как испуганно завопил Клод, затем закричал Парко, а в следующий момент, получив толчок в спину, вскрикнул и сам, потеряв под собой землю и вслепую провалившись куда-то вниз. Падал я всего лишь мгновение. Удар о землю был очень неприятным, я покатился кубарем, по ходу задев кого-то ногой, больно ударился обо что-то твердое плечом и сильно расцарапал щеку. Я потрясенно встряхнул головой и потянул руку к повязке. Предостерегающий возглас мастера остановил меня.
– Нет еще рано. Я скажу вам, когда можно будет снять повязки. А пока сидите на месте и не дергайтесь. Мы следим за вами.
Наступила гнетущая тишина, прерываемая лишь щебетом птиц и прерывистым дыханием моих невольных напарников. Да ещё резкий запах хвои щекотал мои ноздри. Так мы и сидели покорно и молча. В какой-то момент мне даже показалось, что я остался один, но это ощущения развеялось вместе с кашлем Клода. Прошла, казалась целая вечность, прежде чем мастер разрешил снять повязки и дал команду приступать.
Сорвав с глаз надоедливую тряпку, я огляделся вокруг. Каменный, поросший мхом, коридор, в одном конце заканчивался тупиком, другим же уходил вдаль. Высота была достаточной, чтобы не разбиться при падении, но в тоже время и не выбраться наверх. Но даже если это и можно было сделать, не думаю, что мастера позволили бы провернуть нам такое. Сверху мы могли видеть кроны деревьев и слабо пробивающиеся среди них лучи света. Камень, из которого состояли стены лабиринта, был старым источенным дождями, покрыт мхом и вездесущим плющом.
– Ну что рты раззявили. Пошли, – прервал наше созерцание Парко. – У нас нет ни еды, ни времени, чтобы рассиживаться здесь. Да и последними как-то не хочется стать. Надо побыстрее выбираться из этого милого местечка, – его акцент сильно меня напрягал, впрочем, судя по лицам всех остальных тоже.
– Да, как у тебя все просто. В этом милом, как ты назвал его, местечке еще надо выжить, прежде чем мы доберемся до выхода, – Кэйри поддержал всеобщее настроение.
– Да, а ты оптимист, как я посмотрю. С таким настроем первая ловушка точно твоя. – Парко скрестив ноги, прислонился плечом к стене.
– Ты слишком много говоришь и, по всей видимости, торопишься попасть на тот свет. Раз так, думаю тебе стоит пойти первым, – Кэйри кивнул головой вглубь лабиринта. Парко лишь невозмутимо пожал плечами и осторожно двинулся вперед. Кэйри двинулся следом. За ним шел я. А Клод замыкал нашу цепочку.
Сначала мы шли довольно резво, но когда из стены прямо перед лицом Парко со скрежетом вылетел железный штырь, чуть не пробив ему голову, его пыл резко поубавился, как впрочем, и всего отряда. После этого мы стали двигаться медленнее, внимательно смотря под ноги и оглядываясь по сторонам. Позади меня всхлипывая, что-то нервно бормотал себе под нос Клод. Он был неумехой, и это меня огорчало.
Через некоторое время мы достигли развилки, в которой коридор расходился влево и вправо. Пришлось совещаться. Парко заявил, что ему без разницы, в какую сторону двигаться, лишь бы побыстрее отсюда выбраться. Кэйри предложил левый коридор, который по неизвестной нам причине казался ему верным. Клод же и вовсе не имел своего мнения. Когда пришла его очередь голосовать, он лишь потупил взгляд и промычал что-то невразумительное. Все дружно махнули на него рукой, поняв, что даже здесь пользы от него не будет. Остался только мой голос. Я не знал, какой путь верный, но выбирать пришлось. И я выбрал левый, так как если бы назвал правый проход, мы могли потерять время в споре. Прежде чем уйти, Кэйри нацарапал, лежащим под ногами камнем, крестик на стене.
