Наемница чувствовала, как кровь заливает ей рубашку и стекает на палубу, но серьезности раны не чувствовала, как и боли, из-за бушующего в крови адреналина.
– Зара! Остановите ее! – сам Рэд не сдвинулся с места, но дюжина пиратов кинулась выполнять его приказ и оттащила от Лэа извивающуюся и вырывающуюся девушку.
– Ты умрешь! – визжала Зара. – Я убью тебя, клянусь!
– Не давай напрасных клятв, – усмехнулась Лэа, сознание которой начало уплывать куда-то вдаль. – А ты не такой, каким я тебя представляла, Рэнди кир Каллэх… – прошептала Лэа, но прежде чем отключиться, успела заметить изумление на лице пирата.
Единицы знали его истинное имя. Только сестра и Радугла, и интерес к тому, кем является эта девушка, мгновенно возрос до небес.
– Унесите ее в каюту, – приказал Рэд. – Убитых в воду, пленных на борт. Корабль топите. Девушку охранять, – капитан обернулся к сестре. – Азара, если хоть волос упадет с ее головы до того, как я с ней поговорю…
– Поняла, – процедила пиратка, не глядя в глаза брату. – А с этим что? С эльфом? И с полудохлым капитаном?
– Всех на борт. Капитана в трюм, принца в каюту. Вместе с этой. Я поговорю с ними завтра утром.
– Да будет так, – дьявольски улыбнулась Зара.
Первым ощущением была слабость. Невероятная физическая слабость, такая, что она не в силах была пошевельнуться. Она поняла, что лежит на кровати, в тонкой рубашке с длинным рукавом, укрытая одеялом.
Лэа чувствовала себя разбитой, маленькой, больной и несчастной. Кроме того, открыв глаза, перед которыми все плыло, она не могла сообразить, где же находится?
Вроде каюта, но не ее… они все еще плывут?
– Кэррим… – тихо позвала Лэа, с трудом шевеля сухими разбитыми губами.
Кто-то рядом подскочил.
– Лэа? – услышала она взволнованный голос. – Ты как?
– Бывало и лучше… где мы?
– Ты что, ничего не помнишь? Мы на корабле Рэда Гроза Морей!
– На корабле Рэда… – эхом повторила Лэа, в голове которой медленно прояснялись события прошлой ночи.
В глазах перестало двоиться, и она увидела разбитое лицо Кэррима.
– Кто это тебя так?
– Азара. Азара Холодное Сердце. Сестра Рэда.
Лэа поморщилась и с усилием приподнялась на подушках.
– Я не пленница, но уйти не могу, – усмехнулась она. – Ирония, правда?
– Рэд хочет узнать, откуда тебе известно его настоящее имя. А потом решится наша судьба.
– Не беспокойся, Кэррим, – успокоила она его. – С нами все будет в порядке.
Кэррим с сомнением посмотрел на Лэа, над лицом которой также поработали кулаки Зары, и на тело покрытое синяками и царапинами, и обмотанное на груди чистой повязкой.
Лэа поняла его взгляд.
– Где мой меч?
– У нее.
Лэа стиснула зубы.
– Это мой меч. И никто не будет владеть им кроме меня, пока я жива.
– И что ты будешь делать?
– Голову ей оторву, – мстительно протянула Лэа.
Голова ее закружилась, и она упала обратно на подушки.
В дверь каюты постучались.
– Войдите! – сердито крикнул Кэррим, как будто пират не мог войти без приглашения.
В дверь заглянул низкорослый пират с тонкой щеточкой усов и пухлыми красными губами.
– Капитан велел принести вам обед…
– Пусть подавится им! – пробормотала Лэа.
– Поставь его сюда, – Кэррим указал пальцем на столик. – И можешь идти.
Пират скрылся, а Кэррим с любопытством склонился над подносом.
– Так, так… баранина… фрукты… бульон… рыба… не царский, конечно, обед, но пойдет!
Принц вооружился тарелкой бульона и ложкой.
– Нет! – с ужасом сказала Лэа, когда поняла, что он собирается делать. – Не позволю!
– У тебя нет выбора! – авторитетно заявил Кэррим, садясь рядом. – Ты пошевелиться-то с трудом можешь, не говоря уже о том, чтобы есть самой.
– Нет! – отчаянно повторила Лэа, стремясь не допустить это самоуправство над собой.
– Будешь с голоду умирать?
Лэа упрямо молчала.
Кэррим с видом полнейшего удовольствия зачерпнул первую ложку.
– Ешь.
Она мотнула головой и отвернулась к стене.
– Ешь, – раздраженно повторил Кэррим.
Лэа бросила на него убийственный взгляд.
– Ешь! – обиделся принц. – А не то я эту чашку тебе на голову надену!
Бульон пах соблазнительно вкусно, у Лэа закружилась голова, она сглотнула. Наемница попыталась поднять руку, но та, оторвавшись на несколько сантиметров, бессильно упала обратно.
Должно быть, она потеряла много крови вчера.
Девушка покосилась на ложку в руках эльфа, от которой шел ароматный дымок.
– Пожалуйста, – взмолился Кэррим, увидев ее сомнения. – Никто об этом не узнает. Никогда. Клянусь.
Лэа сочла слова принца достаточным аргументом.
– Хорошо, – разрешила она. – Только быстро.
Эльф с видом победителя поднес ложку ко рту Лэа и принялся ее кормить. Бульон оказался неожиданно вкусным, у Лэа перестала кружиться голова, и улучшилось настроение.
Кэррим скормил Лэа весь бульон, затем разделил с ней баранину, рыбу и фрукты. Лэа как раз проглотила последний кусочек, подумав о том, какой же все-таки придурок этот Рэд, когда за дверью раздались тяжелые шаги, и она распахнулась.
Лэа слегка вздрогнула от неожиданности.
– Добро пожаловать на борт, ми-сади.
