Конечно, Прокуда стала расспрашивать о Рагдае. Но египтянке о нём говорить совсем не хотелось. Она притворилась, что солнечные лучи, птичьи голоса и шелест кустов её погрузили в сон. Прокуда поприставала и в самом деле уснула. Но через час они уже возвращались к домику, торопливо надев рубашки и сарафанчики, потому что ветер начал дуть с севера. Вековые ели под ним качались, скрипели, а маленькие вели себя тихо. Ветер не задевал их верхушки.
Роксана шла по тропинке, низко опустив голову. Вдруг, уже перед самой поляной, Прокуда остановила её, сжав пальцами руку. И потянула назад.
– Смотри! Это кто?
– Да это Таисья! – обрадованно сказала Роксана, узнав одну из двух всадниц, которые подъезжали к домику, – наверное, что-то нам привезла!
– А другая – кто? Я её не знаю. Впервые вижу! Какая-то длинноносая, рыжая…
И вот тут Роксана застыла. Она узнала вторую всадницу.
Ни одной стрелы Рагдай и Талут не потратили, потому что тетеревиный ток не нашли. Более того – они потеряли сами себя в дремучем лесу. Проще говоря, заблудились. Зачехлив луки, горе-стрелки бродили по глухим дебрям четыре с лишним часа и уже отчаялись, но внезапно наткнулись на маленький ручеёк, который их вывел к речке Чернавке. Это было спасение. Двинувшись вдоль реки, охотники через два часа достигли знакомой местности. Там они успокоились, искупались и побрели через небольшой ельник к поляне по той же самой тропинке, которой утром воспользовались их девушки. И, подобно им, у последних ёлок остановились, не веря своим глазам.
– Чтоб я сдох! – выдохнул Талут, сделав шаг назад, – это ведь Малуша, брошенная любовница Святослава! Гляди, Рагдай! Она, она, сука! Точно она!
– Чтоб я тоже сдох, – прошептал Рагдай, который мгновенно узнал Малушу, хотя встречал её только один раз, два года назад, – что она здесь делает?
Но ответ на этот вопрос был перед глазами. Малуша, пышно одетая и вся в золоте, восседала с боярской важностью за столом посреди поляны. Она что-то говорила Роксане, слегка качая ногой в жёлтом сапоге, закинутой на другую ногу, и барабанила по столу холёными пальцами. Босоногая египтянка в простой холщовой рубашке и сарафанчике неподвижно сидела с другой стороны стола, грустно свесив голову с двумя маленькими косичками, положив на стол сцепленные руки. На той же лавке ёрзала и подпрыгивала Таисья. Ей неудобно было сидеть. Она также рассуждала о чём-то, часто перебивая Малушу и деловито размахивая ручонками. Иногда вдовая красотка даже стучала по столу кулаком. Её стрекотание было громким, но долетали порой лишь обрывки слов, уносимых ветром – два неумелых стрелка прятались за ёлкой с наветренной стороны поляны.
– А лошади-то какие! – вдруг позабыл Талут о Малуше, заметив нечто гораздо более интересное, – погляди, Рагдай! У нас на Дунае, конечно, были получше, но на Руси таких коней мало! Просто красавчики!
– Да, хорошие, – согласился Рагдай, бросив взгляд за домик, где были заросли самых разных трав и цветов. Прокуда сидела там среди них, сплетая венок из ромашек. Рядом щипали травку шесть лошадей. Две были под сёдлами, в дорогой новгородской сбруе. На этих двух лошадях Таисья с Малушей и прискакали.
– Надо бы нам обойти поляну, чтобы услышать, о чём они говорят, – предложил Рагдай, – там будет поближе, и ветер дует туда!
– Охота тебе? Да ладно, пойдём попробуем!
И два друга краешком леса начали огибать поляну, прячась за ёлками и кустами. В эту минуту бывшая фаворитка князя, которая называла себя посадницей, говорила другой его фаворитке, которую называли царицей:
– Не сомневаюсь я, госпожа, что ты ничего этого не хочешь! Вижу, что дело тут не в обиде, хотя, возможно, с неё всё и началось. Ты просто его не любишь и хочешь жить своей жизнью. Кто посмеет тебе перечить в твоём решении? Я осмелюсь заметить только одно: было бы неплохо, если бы он во всём убедился и успокоился. Пусть приедет и убедится. Прошу тебя, дай согласие!
– Я согласна, пусть он приедет сюда, – сказала Роксана, – мы с ним отлично поговорим и поймём друг друга. Зачем мне ждать его в твоём тереме? Что за радость от этого будет мне и тебе?
– Ты сошла с ума! – вскричала Таисья, ударив по столу кулаком, – объясни мне, как он сюда приедет? Здесь твой Рагдай! Ты хочешь, чтоб Святослав прикончил Рагдая? Или Рагдай убил Святослава? Или, быть может, ты собираешься привязать Рагдая верёвкой к дереву, как собаку?
– В том-то и дело, что его к дереву не привяжешь! И если я вернусь в Новгород, он поедет туда со мною. Я не смогу его обмануть! Как я это сделаю? Скажу: «Ах, я хочу погостить месяцок-другой у Малуши, моей любимой подруги! А ты посиди в лесу!» Да это смешно!
– Ты можешь сказать, что хочешь пожить недельку-другую у Светозары – в бане попариться, полежать на шёлковых простынях! Ты ведь не кикимора, чтоб безвылазно жить в болоте, кормить собой комаров! Я бы через сутки от них взбесилась!
