У него яйца внезапно не оказывались не в той чашке. Наверное, поэтому на лице поселилась полуулыбка, а взгляды, которые он на меня кидал, слегка насмешливыми.
Меня так и подмывало, как-то встряхнуть его. Спросить про вчерашнее признание, что он сделал мимоходом. Спросить, как он на самом деле относится к тому, что я прошу отказаться от артефактов и, соответственно, от денег.
И я бы, наверное, спросила… Вот только мне почему-то казалось, что Дайнар на это ответит спокойно и взвешенно, а вот я потеряю последнюю опору под ногами.
Он уже что-то решил по поводу нас и твердо уверен в своей позиции. А я?
Поэтому я и молчала, когда он поставил передо мной тарелку и травяной чай. Молчала, когда он забрал опустевшую посуду. Молчала, когда мы вместе обувались, когда спускались на лифте. И молча ответила на поцелуй, перед тем как мы расстались у моей остановки.
— И почему же ты решила, что можешь выбирать, когда ходить на работу, а когда ее прогуливать? — откинувшись на кресле, поинтересовалась моя начальница.
Я вздохнула, скользнув взглядом по хорошо знакомому кабинету, и промолчала. Часто я в последнее время молчу.
— И что же мы будем с тобой делать, Валерия? — так и не дождавшись ответа, продолжила Ольга.
— Увольнять меня? — пожав плечами, равнодушно произнесла я.
Лучше сама скажу, чем меня долго будут к этому подводить.
— Хм. Радикально, — Ольга чуть прищурилась, скользнув по мне взглядом. — Ты ходила на собеседование вчера?
— Нет. Лежала и переосмысливала жизнь.
— Очень любопытно. И до чего додумалась? Поделишься секретами?
— За прогулы увольняют.
— Для понимания этого тебе потребовался целый день? — вопросительно подняв бровь, спросила Ольга.
Я развела руками.
— Видимо, я недостаточно сообразительная.
Еще раз окинув меня взглядом, Ольга кивнула на стул:
— Садись. Рассказывай, что с тобой последнее время происходит. Последние полтора месяца ты сама не своя. То шарахалась от каждого шороха, то «заболела» внезапно, а после выздоровления стала летать по офису. Ты пьешь? Принимаешь наркотики?
Мой глаз дернулся.
Неожиданный вывод. Но логичнее, чем говорить, что я себе полузмея сожителя завела.
— Не принимаю ни того, ни другого, — натянув на себя вежливую улыбку, покачала я головой. — Семейные проблемы. Но сейчас все наладилось.
Ольга посмотрела на мои сложенные на коленях руки, подумала и кивнула.
— Я готова закрыть глаза на этот прогул. Выпишем штраф, но должность останется при тебе. Естественно, если еще раз пропадешь, то придется тебе написать заявление. Не хотелось бы разбрасываться хорошими кадрами. А твоя работа за предыдущие года — меня устраивала.
Хм.
К этому я не была готова.
За вчерашний день и сегодняшнее утро я успела мысленно попрощаться с работой, и будет враньем сказать, что я не почувствовала от этого облегчения.
— Валерия?
Я кивнула, показывая, что услышала ее.
— Мне нужно подумать.
— О чем?! Я иду тебе навстречу, закрываю глаза на прогул, а ты думать собираешься? Это я делаю тебе одолжение. Не наоборот.
Я вновь кивнула. Взвешивая все «за» и «против».
«Против» увольнение была голая логика и наличие ипотеки.
«За» вся я. С руками, ногами и всеми потрохами.
Я ни за что бы не уволилась. Слишком привыкла серьезно и ответственно относится к планированию жизни.
Ненавидимая мной работа — для ипотеки. Дистанция с нагом — для душевного спокойствия. Да даже с мамой лучше не сближаться, чтобы потом не было больно.
Где мои пятнадцать лет, полные безумств? Когда я жила полной жизнью, когда «удачный» день включал в себя не только вкусную еду и интересный фильм, а что-то большее… Хочу вернуть себя. Хочу отпустить все эти беспокойства. Хочу помириться с мамой и забыть все, что было раньше. Хочу посмотреть, что выйдет из наших с Дайнаром отношений…
— Хочу уволиться, — добавила я машинально, и только глядя, как у Ольги поджимаются губы, поняла, что произнесла это вслух.
Только вот я не пожалела об этом. Даже странно.
— Ты знаешь, где отдел кадров. Пиши заявления сегодняшним числом. Завтра можешь не выходить.
Я поднялась, чувствуя ее нарастающее недовольство, но как же мне вдруг стало хорошо. На секунду я задержалась в дверях, чтобы обернуться и сказать:
— Спасибо, Оль. Удачи тебе.
… и получить в ответ сухой кивок от своей уже бывшей начальницы, вновь закопавшейся в документы.
Все необходимые документы я подписала сразу. Уволили меня одним днем, так что к обеду я была свободна как птица в полете.
Голова от осознания, что все так радикально поменялось, кружилась. Я чувствовала, как внутри меня что-то трясется, пытается поднять голову, пытается вернуть бразды правления разуму… Но тараканы уже захватили управление и ни за что не соглашались уступить.
— Всегда хотела пообедать в парке, — подняла я голову к зеленым кронам деревьев. — Ты часто тут кушаешь?
Ирка, к которой я подъехала, чтобы вместе пообедать, отложила свой бургер и потянулась за холодным соком.
— Я предпочитаю в такую жару под кондером сидеть.
— Нет в тебе романтики. Я-то думала, ты из-за парка выбрала эту работу. Пока ждала тебя даже вакансии поблизости посмотрела.