— Как ты могла не сказать, что существует магия? Как ты могла скрыть от меня, что ты обладаешь какой-то силой? Что ей обладаю я!
Резкий порыв ветра чуть не снес меня с ног, а снаружи беседки разразился ливень.
— Я не верю твоим словам, — вновь повернулась я к молчаливому нагу. — Я не знаю, что это за игра во влюбленность, но мне это не нужно. Мне не нужно, чтобы кто-то решал за меня мои проблемы. У меня их нет.
Поджав губы, я посмотрела на стену дождя, чувствуя себя очень странно, словно вот-вот упаду в обморок, но все же договорила.
— Никто не нужен кроме Иры. Хотите заключать сделки и играть в расхитителей сокровищ? На здоровье. Но не смейте больше приближаться ко мне.
В небе громыхнуло вновь, и меня ослепило яркой вспышкой, а дождь ливанул еще сильнее.
Никто не реагировал. Они молча смотрели на меня, будто не зная, что сказать или не желая этого.
Я прикрыла глаза.
Хватит.
Давно пора было это сказать.
— Прощайте.
Подхватив свою сумку, я направилась к выходу, чувствуя, как капли дождя стекают по моему лицу.
Раздраженно стерев их, я подняла голову к небу.
— Хватит!
И… и дождь прекратился.
Только вот лицо все равно оставалось мокрым всю дорогу домой.
Опять шел дождь. Окна были распахнуты, а я ежилась от холода, но упрямо не закрывала их. Плед? Не-е-т, это не мой выбор.
Мой выбор — это глупо смотреть в окно и сожалеть о своих словах. Сожалеть и ничего с этим не делать. Ни с окном, ни со своей жизнью.
Передо мной на стойке стоял стакан с единственным напитком, который мог бы помочь в такой ситуации. Рядом лежала «закуска» в виде печенек.
Ложка, пиала с медом и вот оно — мое спасение. Стакан теплого молока.
Как там? Взболтать и не смешивать?
В моем баре можно все.
Ну, кроме принятия важных решений и изменения жизни к лучшему, конечно.
Ложечка гулко стучала по стенкам стакана, подсказывая одну из причин, почему я все никак не закрывала окно: в квартире стояла оглушительная тишина.
Раньше она мне нравилась, но сейчас… Сейчас я понимала: мне придется вновь привыкать к одиночеству. Не будет больше сонных переглядываний по утрам, не будет совместных завтраков. Да много чего не будет. А все, потому что я вспылила. Глупое недопонимание, глупая обида, страх, что все пойдет не так…
Можно же было решить все мирно и спокойно, но, кажется, я зацепилась за его слова, только чтобы поссориться.
А мама? Детская, глупая обида не давала мне жить спокойно.
Мы никогда не обсуждали эту тему с мамой.
Каждый раз обе сворачивали разговор, стоило только упомянуть мои подростковые года и ее отъезд в другую страну.
Надо было поговорить раньше. Пусть бы мы поругались, пусть бы было неприятно, но, может, тогда отношения между нами изменились бы? Мы перестали бы жить прошлым, отпустили бы его. Или это сделала бы я…
Я отпила молоко и взялась за печеньку.
Обычно все ссоры с мамой оканчивались ничем. Мы расходились или разъезжались, если я была в гостях, а после делали вид, что все в порядке. Что ничего не было.
В этот раз я так не хотела. Да и будет ли этот «следующий раз»? Или мы затаим обиду, и никто не пойдет на контакт?
Но отношения с мамой у меня и так были напряженные. А вот наг… Дайнар…
Я потянулась за телефоном. Ровно два часа ночи.
Отличное время, чтобы выпить молоко и пойти спать. Завтра будет сложный день. Завтра меня почти наверняка уволят.
Но ложиться не хотелось. Хотелось сидеть и меланхолично смотреть в окно. Как бы еще перестать думать?
Электронный циферблат показывал, что приближается четыре утра, а я, наконец, начала проваливаться в сон, когда со стороны двери раздался какой-то шум.
Ничему меня не научили фильмы ужасов…
Откинув легкий плед, я встала, зачем-то взяв с собой подушку (отбиваться, наверное), и пошла проверять, что там.
Свет я не включила, да это и не нужно было. Дверь по контуру светилась, вводя меня в легкий ступор.
Мысли разбегались, не понимая, радоваться ли, что теперь счета за электричество уменьшаться или бояться. А вдруг меня опять пришли похищать. Зачем, правда?
Дверь открылась без какого-либо зловещего скрипа. И правильно, Дайнар на днях ее смазал…
Так. Не отвлекаться!
Дверь открылась и тут же потухла. Так, что я заметила лишь замерший в проеме силуэт.
Мозг подкинул идею покричать, привлекая внимание соседей, но ночью кричать было как-то неловко, поэтому я просто стояла и обнимала подушку.
Кто-то зашел, закрыл за собой дверь и, судя по шуршанию, разулся.
— Вы маньяк? — уточнила я, поглаживая подушку и слыша в ответ смешок и приближающиеся шаги. — А сексуальный?
Из моих рук забрали подушку, прицельно кинув ее в сторону дивана.
Чужие теплые руки притянули ближе к маньяку. К его немного влажной из-за дождя рубашке.
— Очень.
Одна рука легла мне на спину, другая зарылась в волосы, а я, вдохнув подозрительно знакомый аромат, обняла в ответ, утыкаясь лбом в плечо.
— Никогда так не делай, — произнес Дайнар шепотом, перебирая мои волосы и поглаживая по спине.
— Как? Не вызывать дождь? Не уходить? Не спорить? — вскинулась я.
Он вновь хмыкнул.
— Не заколдовывай.
— Тебя? — не поняла я.
— Как минимум меня. Остальных тоже не стоит, но там уже по ситуации.