— Не ушёл. И чем это для меня кончилось? — мягкая, успокаивающая магия дочери расслабила сведённые напряжением мышцы, и Блэк попытался объяснить свои тревоги, не срываясь на приказной тон, хотя больше всего на свете ему сейчас хотелось просто запретить им совершать этот опрометчивый шаг. — Вы всё равно никому ничего не докажете. Для тех, кто смотрит в рот министерским бюрократам, вы будете живым напоминанием о «нежелательном элементе» и потенциальном Тёмном Лорде. Для восторженных почитателей Мальчика-который-выжил — априори моей реинкарнацией, обязанной геройски искоренять все беды Магического Мира. А для проигравших в последней войне — детьми врага. И первые, и вторые, и третьи с радостью сделают из вас разменную монету в своих политических игрищах.
— Но дядя Кингсли… то есть, Министр поклялся не вмешиваться в дела нашей семьи.
— Джейми, он и Магию мне стирать не хотел. Но когда перед ним встал выбор: устранить потенциальную угрозу или поверить другу — он поступил как Министр, а не как товарищ. Он вмешиваться не будет, но и других не остановит, хотя бы потому, что не контролирует полностью все личные группировки членов Визенгамота и куцего Совета Лордов. Случись что, вы окажетесь в эпицентре пожара, — Блэк ещё продолжал что-то говорить, но уже и сам понимал, все его слова бесполезны. И дело было даже не в упрямом отрицании ребятами потенциальной опасности — её-то, как он понял, детки осознавали в полной мере, а в желании подросших хищников вылететь из гнезда, расправить крылья и попробовать собственные силы. А значит, всё опять сводилось к вопросу доверия. Чувства, погоняемые страхом потерять детей, орали: «Не пущать!!!» Но Гарри ясно понимал, этого решения ребята ему не простят. И тогда он прикрыл глаза, отрешаясь от развернувшихся вокруг дебатов, попытавшись рассуждать отстранённо, не как отец, а как командир боевого подразделения, которому предстояло решить: допускать, или нет новобранцев до серьёзных операций. Привыкший к подобным задачам мозг тотчас же включился в работу:
[i]«Джеймс — великолепно обученный боевой маг. Инициативен. В меру осторожен. Обладает стратегическим складом ума, но не пренебрегает и тактикой. Великолепный лидер. Слабое место — горячность и поверхностное знание Кровной магии.
Альбус — «серый кардинал». Аналитик. Осторожен, изворотлив, умён. Сильный боец. Как разработчику диверсий ему цены нет. В меру инициативен. В Древних искусствах знает то, чему бы даже я его не учил. Слабое место — слишком скрытен. Но если понадобится, может возглавить группу.
Лили — научный консультант и неплохой артефактор. Психолог-эмпат. Замечательно собирает и систематизирует информацию. Хакер, способна обойти практически любую Защитную систему. Хороший боец и имеет познания в полевой колдомедицине. Слабое место — слишком добра, может пощадить противника, устранение которого необходимо для выполнения задания, полученного командой.
Роуз — «генератор идей» и вербовщик. Великолепно располагает к себе людей и добивается получения нужной информации. Хороший боец и имеет познания в зельеварении и колдомедицине. Слабое место — зацикливается на решении конкретной проблемы в ущерб общей «картине».
Хьюго — хороший разведчик. Лучше остальных разбирается в старинных запрещённых артефактах и компьютерных системах. Отличный исполнитель и боец. Слабое место — недостаток инициативы. Его реакцию просчитать легче, чем остальных.
Стивен — сильный боевой маг. Тактик. Хорош в чарах и трансфигурации. Лучше остальных владеет рукопашным боем и водит машину. С четвёртого курса создаёт артефакты слежения на основе комбинаций магических и маггловских технологий. Слабое место — магический резерв не подпитывается Силой Рода, и чистокровные за ним не пойдут.
Фрэнк и Мэддок — фигуры неизвестные, но судя по рассказам друзей, сильны в Боевой магии, зельеварении и распространении слухов».
Сделанный на основании наблюдений вывод настроения не улучшил: Джеймс Поттер подобрал себе отличную команду. Объективно они были готовы к самостоятельной работе, а значит, дело опять упиралось в вопрос доверия.
— Папа? — тихий голос Лили вырвал его из пучины нерадостной борьбы с самим собой.
— Да, «лисичка»?
— Ты же и сам понимаешь, что мы можем справиться с ситуацией.
— Лили, но и ты пойми: возвращение в Британию — неоправданный риск.
— Да-а? — на хорошеньком личике девушки появилось упрямое выражение, а голубые глаза блеснули огнём. — Тогда, принимая дядю Эрла и Люка в агентство, ты тоже сильно рисковал. Ведь им уже не грозила непосредственная опасность ареста, а их слава бывших Упивающихся могла подмочить репутацию «Чёрного ферзя». Почему ты не оставил их идти своей дорогой?
— Лили, они мои друзья, и… — заметив торжествующую улыбку на лице дочери, Блэк опустил голову. «Влип! Молодец малышка! Она поймала меня в мою же собственную ловушку. Как там говорил Честер? Мы в ответе за тех, кого приручили».
— Так и в Хогвардсе остались наши друзья… Папа, всё будет в порядке.
