— Это не игра, — свободной рукой Гарри чуть отстранил норовившего потереться упругими ягодицами об уже достаточно возбуждённый член парня. — У меня появился другой человек… — возбуждение свело на нет все его дипломатические усилия рассказать это Брайану в более щадящем варианте, чтобы не обидеть любовника.
— Люк Веймар?
— Откуда ты…
— К этому всё шло. Я видел, каким взглядом он следил за тобой на свадьбе. Ваша связь была лишь вопросом времени, — Брайан чувственно изогнулся, всё-таки прижимаясь ягодицами к паху опешившего от таких известий Гарри. — Не останавливайся.
— Мордред побери, Брай! Я тебе говорю о том, что не собираюсь обманывать…
— … нас обоих? Так не обманывай, за чем же дело стало? Как ты знаешь, я не имею ничего против третьего в постели…
— Люк — не ты, — Блэку приходилось прилагать все силы, чтобы не сорваться и не взять прямо на месте извивавшегося в его руках Брайана. Этот человек с первой встречи никогда не оставлял его равнодушным, и вот теперь он усилием воли пытался примирить вступившие в конфликт совесть и желание.
— О, да! Веймар — романтичный сексуальный мальчик. Очень хороший мальчик. Но признайся себе, Блэк, ты любишь плохих. Сколько ты выдержишь, играя в любовь с этим мальчишкой? — руки хаслера, выпущенные из захвата на секунду опешившим Блэком, тут же разобрались с брюками и бельём мужчины, выпуская на волю его до боли напряжённый член и нежно зажимая его меж бёдер.
— Брайан, что ты творишь? — сдерживать желание уже не было сил, голос хрипел и срывался.
— Провоцирую тебя, конечно. Ну же, Блэк! Давай! Ты же не любишь принуждения… Накажи меня! — утробный стон сорвался с красивых губ Брайана, когда Гарри, едва успев прошептать заклинание Смазки, не сдерживаясь вошёл в его тело. — Да-а, вот так! Белые и пушистые не для таких, как мы с тобой, Блэк! Блэ-эк! Блэ-э-эк!!! — юноша, отпустив контроль, сам насаживался на член повалившего его на стоявший рядом стол любовника. Только с двумя людьми он позволял себе так расслабляться, только с ними мог быть самим собой и не собирался упускать ни одного из них из своих цепких рук. Конкуренции с Веймаром Брайан не боялся, не тот типаж. Он знал, что рано или поздно Блэк вернётся к нему, и не собирался обострять из-за этого их отношений.
А Гарри всё никак не мог сдержаться, снова и снова врываясь в такое знакомое и податливое тело. Парень его разозлил, озвучив подсознательные страхи и сомнения, и должен был сполна поплатиться за это… к их обоюдному удовольствию. Ночь только начиналась, и Блэк знал, что ещё до её конца заставит Брайана умолять себя о прощении и возможности получить разрядку. И даже собирался его простить… может быть… не сразу. Далеко не сразу. Ведь это была их последняя ночь, что бы там не напридумывал себе Брайан.
Вернулся домой он только под утро и, тотчас же столкнувшись с вопросительным взглядом Шеридана, только кивнул головой, вырвав у бывшего Упивающегося едва заметный вздох облегчения. Всё же он достаточно слышал о Линксе, чтобы понимать: знаменитый хаслер не отпустит так легко любимого клиента. Но, видимо, его прогноз всё же оправдался, Блэк умел без лишней ругани и обид донести до окружающих собственное мнение, а главное — настоять на своём. Теперь Гарри с Брайаном только изредка переписывались, но лично больше не встречались. Да и где было им встречаться? Линкс вращался в высших сферах Магического Сообщества, а Блэк играл роль простого каскадёра в мире магглов. Но время шло, а с ним и приближался день, который впоследствии изменил их жизни.
А всё начиналось довольно просто и безобидно. Закончились съёмки первой части фильма, и началась работа над второй. Вот тут-то и появилась на съёмочной площадке их личная Немезида в образе Стэллы Морино — тридцатилетней уверенной в собственном обаянии и неотразимости своих чар красавицы. Трое магов неплохо разбирались в фильмах и не раз с удовольствием смотрели фильмы с её участием. Поэтому красивая, утончённая, нежная героиня этих историй, способная сопереживать и искренне любить, никак не ассоциировалась у них с холодной циничной стервой, привыкшей получать всё, что ей захочется, и потакать любым своим капризам.
Одним из таких капризов стал Люк Веймар. Кинозвезда приметила его в первый же день и, не утруждая себя даже намёками на флирт, просто приказала вечером прийти в её личный дом на колёсах — стоивший более миллиона долларов суперавтобус «Идеал». Но юноша, сделав вид, что не понял, для каких целей его приглашают на встречу t?tе ? t?tе, в вежливых выражениях отказался, сославшись на учёбу. После этого и началась настоящая травля красивого каскадёра. Звезда срывала съёмки, закатывала истерики, очень ловко выставляя виновным во всех происшествиях Люка. Парень молчал, не желая впутывать в это дело друзей и пытаясь самостоятельно найти выход из сложившегося положения.
