Моя мама быстро пошла на поправку и уже вернулась в Личково, где мы и навестили ее и папу утром субботы. Вначале разговор не вязался, родители опасливо поглядывали то на меня, то на Витю, однако к обеду неловкость спала, и мы тепло распрощались и засобирались домой. Сердце немного тянуло, когда я повернулась к пустой детской площадке. Долго смотрела на раскачивающиеся пустые качели, утопающие в солнечных лучах, пока Витина машина выруливала с парковки. В моей голове роились самые странные мысли. А ведь кое-где камеры могли заснять его… А что, если?..
– Вить, остановись у охраны. Кажется, я видела Станислава сегодня.
– Охранника? Зачем он тебе? – нахмурился парень.
– Хотела спасибо сказать. Я тут первое время часто терялась, и он меня постоянно выручал. Хочу сказать ему спасибо за все. – Одарила супруга смущенной улыбкой.
– Ну, хорошо. Мне с тобой сходить?
– Я быстро. Не глуши мотор, хочу уже скорее к
– Хорошо, у меня для тебя как раз небольшой сюрприз сегодня.
Я выскочила из машины, мечтая, чтобы мой давний знакомый был на месте, а еще пыталась самой себе объяснить то, что я от него хотела. Мне определенно нужно закрыть этот гештальт, чтобы жить дальше.
– Так, еще раз, Кристина, ты хочешь, чтобы я просмотрел старые записи и нашел на них какого-то парня, с которым ты встречалась по вечерам у детской площадки?
Станислав очень странно на меня посмотрел и на всякий случай отодвинулся подальше. Еще бы, по поселку до сих пор расползались разговоры о том, как я подстрелила родную мать. Маша даже не зашла, хотя знала, что я приехала в Личково.
– Пожалуйста. Вы же знаете про мои провалы в памяти. Это очень важно. – Я состроила самое жалостливое лицо, на которое была способна.
– Эм, ты же от него не залетела?
Охранник покосился на мой живот, а я смутилась и закашлялась.
– Нет, нет! У меня просто его плейер. Думаю, что его. Но никак не могу вспомнить даже цвет глаз того парня. А плейер надо бы вернуть.
Что я несу? Все-то я помню и знаю, а еще отчаянно мечтаю оказаться на всех записях одна. Ложь! Трусливая ложь! Я рассчитываю на это, а по-настоящему мечтаю поговорить с Андреем. Задать ему накопившиеся вопросы. Выяснить почему. Почему он так поступил с нами.
– Ладно, я поищу, но ты же понимаешь, что это не дело одного вечера?
– Понимаю и буду очень признательна. А еще не говорите никому о моей просьбе! Боюсь, что Виктор заревнует, а родители… Родители – это родители. Пожалуйста!
– Ладно, оставь свой телефон. Как только найду, позвоню.
С благодарностью сжала его руку на прощание и рванула на улицу, где Вите уже сигналили выезжающие из поселка жители.
– Ты долго, – проворчал он, окидывая недовольным взглядом скопившийся хвост из машин. – Как же достали, минуту постоять не могут.
Я прыснула от смеха, а брови моего мужа вопросительно изогнулись.
– Нравится, когда ты злишься. Ты такой живой, настоящий, что ли. А то временами слишком идеальный, и начинает казаться, что ты мой глюк.
– Вот как? Надо взять тебя с собой на работу. Быстро разочаруешься. Я умею орать и материться, – подмигнул мне Витя, осторожно въезжая на перекресток.
– С удовольствием бы посмотрела. – Подавила в себе сильное желание коснуться его руки, чтобы не отвлечь от дороги. – Что за сюрприз ты приготовил?
– На то он и сюрприз. Увидишь.
Дома Витя долго суетился. Подставил стул к одному из шкафов и вытащил пыльную коробку с настольной игрой. Затем отправил кому-то сообщение, открыл дверь доставщику пиццы и тяжело вздохнул.
– У нас гости? – Я мысленно прикидывала, какую армию собирался накормить мой муж.
– Ага. Наши друзья, ты их видела на свадебных фотках. Сейчас покажу!
Он метнулся к компьютеру и вывел на экран снимки.
– Давай быстро тебе расскажу, как кого зовут…
– Вить, – нежно окликнула я парня и сжала его плечи. – Все хорошо, дай им шанс самим представиться. Думаю, так будет лучше и честнее. Не волнуйся ты так. Если они понравились мне тогда, понравятся и сейчас.
Я наклонилась и невесомо поцеловала его в щеку, чувствуя, как все тело моего мужа напряглось от внезапной ласки. Он крутанулся на стуле и прижался лбом к моей груди, а я запустила пальцы в его теплые солнечные волосы.
– Я скучаю, Крис. Как же я скучаю по тебе.
– Но я же здесь. – Я заглянула ему в глаза и погладила по щеке.
Он тут же накрыл мою ладонь своей.
– Здесь. Конечно, ты здесь. И скоро все будет как раньше и даже лучше.
Я потянулась навстречу, думая, на что похожи его губы. На что похож поцелуй с любимым человеком? На ум приходило лишь странное сравнение с кофе и маршмэллоу. Это ты сказал, Андрей, я помню. Сказал, что мои губы похожи на горячий зефир. А мне в голову не пришло ничего лучше возразить, что маршмэллоу и зефир – это не одно и то же. Ты обозвал меня занудой и поцеловал.
