Хаотичные обрывки поднимаются из глубин моего подсознания, путают, заставляют сердце сжиматься в мучительной истоме, которой нет выхода, даже сейчас. Я крепче впилась в плечи с выступившими капельками пота, выбрасывая из головы черноглазого парня и пытаясь заполнить себя до краев другим человеком. Тело, мысли, чувства… Хочу отдать ему все, но не получается. Даже зная, каким чудовищем оказался мой любимый, не могу стереть его снова.
– Посмотри на меня, – ласково попросила Витю и взяла его лицо в ладони.
Полуоткрытые губы, тяжелое дыхание, затуманенный взгляд. Он попытался поцеловать меня, но я уперлась руками ему в грудь.
– Нет. Хочу смотреть на тебя. Хочу видеть, что это ты. Это ведь ты?
Он шумно выдохнул:
– А кто еще?
– Не знаю.
– Это я.
– Ты.
– Я люблю тебя, Крис.
Я резко убрала ладони, запуталась в его волосах на затылке и прижала ближе. Слишком трушу, чтобы молчать. Слишком страшно сказать правду. Выигрываю время. Я вложила в поцелуй всю свою благодарность. Надеюсь, поверит, пока я не вспомню или не полюблю его уже по-настоящему. К счастью, собственное тело не пришлось убеждать и обманывать, оно откликнулось яркой вспышкой на наше последнее движении, заставляя меня чувствовать себя еще хуже. Виню себя за то, что мне хорошо, за то, что почти счастлива.
– Не обидишься на меня, если я оставлю тебя минут на пять? – немного смущаясь, спросил Витя.
– А ты куда?
– В душ. Или можешь пойти со мной. Там двоим вполне хватит места. Мы уже проверяли.
– Да, – быстро согласилась я и резко села в кровати.
Оставаться одной в комнате сейчас не хотелось. В каждом темном углу мерещилось чужое присутствие, рождая новые витки паранойи.
– Ну, пошли.
Он протянул мне руки и помог спуститься на пол, смеясь над моими нелепыми попытками обмотаться одеялом.
– Я сейчас! – Оставила Витю настраивать воду, а сама метнулась к входной двери.
Убедившись, что все замки закрыты, я накинула цепочку на всякий случай и с чувством выполненного долга вернулась к мужу, который уже стоял под горячими струями, наполнявшими душевую кабинку белесым туманом.
Я скользнула взглядом по идеальным рукам, груди, засмотрелась на красиво очерченные мышцы пресса, пока не увидела внизу живота бледный шрам, слишком длинный и глубокий, чтобы быть случайным порезом.
– Вить, – тревожно позвала я парня, едва различая собственный голос за шумом воды.
– М?
– Что это? – вытянула я руку и указала на свою жуткую находку.
Он сглотнул и инстинктивно прижал ладони к шраму. Поздно! Я уже заметила это.
– Крис, давай не сегодня… – Он попытался улыбнуться и затянул меня к себе под душ. – Завтра расскажу.
– Нет. – Увернулась от его попытки поцеловать меня. Очень знакомый прием, только я на него не поведусь. – Никаких секретов! Ответь, это Андрей с тобой сделал?
– Хотел бы сказать «да», но нет, Крис. Теплов уже был мертв… Не думай ни о чем. Оставь. В этот раз все будет по-другому. Я не натворю ошибок, – пообещал Витя, а у меня подкосились ноги, и я уперлась спиной в запотевшее стекло.
– Кто порезал тебя? – продолжала я сверлить его пытливым взглядом.
– Ты была не в себе. Я что-то не то сказал в тот день. Помнишь, я говорил тебе о триггерах? Случайно брошенная фраза, неловкое движение могут запустить твою амнезию или тревожность. Тебе что-то померещилось, как с мамой, и ты бросилась на меня с ножом. Наваждение прошло мгновенно. Ты тут же вызвала скорую, а я до их приезда придерживал кишки руками. Было весело, – вполне искренно рассмеялся Витя, а я сползла на пол душевой кабины и сдавила виски.
Мама, Витя… Что это за триггеры такие, заставляющие меня бросаться на дорогих и близких людей? А не сделала ли я нечто подобное с Андреем, и теперь все вокруг отчаянно покрывают меня? Родители, муж… В свете этого, поступок Теплова-старшего кажется вполне логичным. Вручить оружие, чтобы я сама наказала заговорщиков, виновных в исчезновении и смерти его сына. Я вполне управляемая опасность в руках тех, кто знает, как мной манипулировать.
А теперь отец Андрея на свободе и скрывается, а я сама уехала из охраняемого поселка в обычную квартиру…
До меня отчетливо донесся перезвон цепочки в коридоре.
– Ты это слышал? – Я резко вскочила на ноги, выключила воду и принялась напряженно вглядываться сквозь густой пар.
Последние капли сорвались вниз слишком громким хлопком, который разлетелся по всей квартире оглушительным раскатом.
– Крис? – Витя нахмурился и посмотрел мне через плечо. – Что там?
– Там кто-то есть. – Я вцепилась в ручку душевой кабины.
– Там никого. Дверь закрыта, милая.
Он коснулся губами моего плеча, заставив меня вздрогнуть.
– Но я слышала…
– Тебе показалось, Крис. Не иди на поводу своей паранойи. Борись и верь мне, как я тебе верю. – Он положил мою руку на свой шрам. – Это доказательство того, как сильно люблю тебя. В этой квартире только ты и я.
