Он настоятельно советовал не кормить паранойю, и я не пошла проверять входную дверь. Вместо этого скользнула в ванную и достала органайзер с таблетками. Отщелкнула замочек и вытащила ту самую. Спутать ее я никак не могла. Помню, как мы Андреем выбрасывали эти же самые таблетки в Москву-реку, смеялись, целовались на берегу и строили планы на будущее. Он был таким живым и счастливым! Если бы я только знала, к чему приведет мой собственный эгоизм и желание сделать больного парня нормальным.
Подозрения снова начали душить. Откуда у Вити такие же таблетки? Андрею их доставали из Германии через каких-то… Возможно, в той клинике, где лечился от лейкемии мой супруг, такие препараты выписывают как аскорбинку? А еще и лейкемия. Саша Теплов умер от нее много лет назад.
Ничего не получается. Я продолжаю копаться и искать связи. И их очень сложно игнорировать. Но самой мне во всем этом точно не разобраться. Да и нужно ли? Зачем я только попросила Станислава проверить камеры? Что я рассчитываю увидеть на записях? Покойника?
Я убрала таблетки обратно, стараясь поставить коробку на прежнее место, побрела в зал, старательно не глядя на входную дверь. Она закрыта! Я не слышу никаких странных шорохов в квартире. Я не чувствую, что за мной следят! В квартире только я и Витя!
В комнате все еще пахло разлитым какао. Я подошла к дивану и погладила пальцами липкое пятно, улыбнулась, проигрывая в голове подробности ночи, мои новые, настоящие воспоминания. Их я точно не потеряю. Главное – отговорить Витю выкидывать диван. Мне он определенно нравится. Хочу каждый день видеть это пятно и думать о том, что случилось после.
Я обернулась, по-новому разглядывая обстановку, которой была окружена последние недели, натолкнулась на открытую створку шкафа с одеждой. Вещи Вити были в легком беспорядке, словно совсем недавно здесь что-то искали. Я пригладила чуть смятые футболки и тихонько прикрыла шкаф. Наверно, стоит заканчивать свои полночные приключения и идти спать. Нервы снова стали шалить, а спины отчетливо касалось чье-то хриплое дыхание.
Не кормить паранойю! Не идти на поводу своих страхов! В квартире никого, кроме меня, моего мужа и…
В темноте его глаза казались особенно черными, а застиранный принт на груди излучал серебристое сияние. Наушники змеей обвивали бледную шею с проступающими венами. Он больше не выглядел милым влюбленным парнем. Андрей был зол. Сгреб меня в охапку и зажал рот рукой как раз в тот момент, когда я собиралась закричать и позвать на помощь.
Прости, Витя. Я не справилась. Мое безумие взяло верх. Опять…
Я перебирала ногами в воздухе, пыталась вырваться, укусить, но мой бывший, ныне мертвый парень, оказался на удивление силен и уверенно тащил меня по коридору к входной двери, которая была распахнута настежь. Цепочка беспомощно висела. Я ожидала, что она будет разорванной, но не открытой изнутри! Хотя что это я? Зачем призраку двери?
Андрей схватил с комода ключи от машины и подтолкнул меня вперед. Босые ноги неприятно коснулись холодного пола в подъезде. Парень озадаченно посмотрел на мои стопы, бросил взгляд обратно на квартиру и простонал.
– Крис, умоляю, только без глупостей. Сейчас кроссовки тебе принесу.
Он это серьезно? Без глупостей? После всего, что узнала, после всего, что произошло со мной?
Стоило ему убрать руку, как я сразу попыталась закричать на весь подъезд. Ладонь тут же зажала мне рот, а Андрей испуганно заозирался. Но никто не услышал моего невнятного вопля, быстро перетекшего в тихое мычание.
Раздраженно стукнув кулаком по кнопке вызова лифта, мой бывший оставил попытки вернуться в квартиру за обувью, а я, к своему стыду, пожалела, что не позволила ему это сделать. В кроссовках было бы определенно лучше.
Едва створки лифта за нами закрылись, Андрей отпустил меня и долго-долго вдавливал кнопку первого этажа, словно за нами гнались.
– Почему я опять тебя вижу? – спросила я парня.
– Потому что ты не послушалась. Я сказал тебе уехать туда, где никто тебя не найдет, даже я. Но все стало только хуже. В этот раз Он подобрался слишком близко к тебе. Я успел в последний момент, Крис. Если я рядом, значит, и Он где-то поблизости. Моя смерть его не остановила.
– Значит, ты все-таки мертв?
Тупая боль, давно поселившаяся в груди, снова дала о себе знать.
– Да. Кричать больше не будешь?
Лифт остановился.
– Если ты скажешь правду обо всем.
– Обещать не могу – я помню не больше твоего. Так получилось, что наши с тобой воспоминания связаны, Крис. Чем больше узнаешь ты, тем больше знаю я.
– Кто убил тебя?
– Тот же, кто сделал это с тобой. – Андрей шумно сглотнул и сжал кулаки.
– Твою смерть считают самоубийством из-за каких-то анализов ДНК. Да и меня, судя по экспертизе, тоже ты…
Я осеклась, глядя, как меняется в лице парень.
