Комната светлая и очень чистая, как и все помещения в этом доме. Кровать мягкая, подстраивается под моё тело, около неё стоит большой комод с высокой лампой. Я включаю свет, чтобы снять с себя платье, а потом смотрюсь в большое зеркало у двери. Рассматриваю свой живот, бёдра, ноги. Все полученные болячки уже размываются и начинают сливаться с кожей. Осталась лишь повязка на ноге, которую я по-прежнему меняю два раза в день, обрабатывая рану. В будущем она превратится в шрам. А остального видно уже не будет. Глянув в окно, я наблюдаю светящиеся блики фонарей на улице. Слышу неразборчивые голоса охраны. Интересно, позволено ли мне выходить из дома? Пленница ли я у Вистана или гостья? Пока сказать сложно, да и проверять хочется не особо.
У меня нет пижамы. Я могла бы попросить любую из горничных принести мне что-нибудь: уверена, в этом огромном доме нашлась бы подходящая ночнушка, но мне не хочется контактировать ни с кем перед сном. Хочу, чтобы Гай остался последним, кого я сегодня видела. Поэтому я залезаю под одеяло в одном нижнем белье, надеясь, что посторонние люди сюда не войдут. Хотя бы без условного стука в дверь точно.
Но мне не спится. И я даже не удивляюсь этому. Разве можно чувствовать себя спокойно в доме, стены которого залиты кровью? Вистан наверняка в своих королевских покоях спит как младенец, не заботясь ни о чём, и я даже думаю, что возле двери стоят телохранители, словно стражники. Удивительно, что Вистан Харкнесс вообще умеет спать, как нормальный человек, потому что нормального в нём ничего нет.
В дверь дважды стучат. От неожиданности я выше натягиваю одеяло, чтобы скрыть полупрозрачный лифчик, едва прикрывающий мою грудь, а потом спрашиваю:
– Кто там?
– Мисс, я принесла вам одежду, – раздаётся по ту сторону.
Нехотя позволяю обладательнице мягкого голоса войти. Это одна из горничных. В руках у неё стопка из одежды разных цветов.
– Мистер Харкнесс просил меня передать вам это, – произносит она почти извиняющимся тоном.
– Который из? – спрашиваю я.
– Ваш муж, мисс.
Я улыбаюсь: даже сейчас он проявляет свою заботу.
Без стеснений встаю с кровати, отложив одеяло в сторону, и подхожу к горничной, чтобы принять одежду.
– Спасибо, – киваю я. – Однако мне совсем не нравится то, как вы обратились ко мне только что.
Я говорю об использовании гоноратива «мисс». Она это понимает.
– Вы так юны, – признаётся женщина. – И некоторые говорят, что ваш брак недействительный, так что я подумала…
– Впредь обращайтесь ко мне как к
От моего уверенного холодного тона она слегка приподнимает голову, чтобы заглянуть мне в глаза, будто думает, что я просто шучу. Но удостоверившись в обратном, смиренно кивает, словно исполняя повеление своей королевы.
– Да… Прошу прощения.
– Советую запомнить, как вам, так и всем остальным горничным: я – жена Гая Харкнесса. Не тратьте время на глупые слухи, хорошо?
– Х‐хорошо.
– Чудно. – Я улыбаюсь, раскрывая дверь. – Вы свободны.
Горничная спешно покидает мою комнату, и её плечи будто расслабляются. Удивительно, что я могу кого-то пугать. Вспоминая своё отношение к горничным в нашем доме в Медине, я начинаю задумываться над тем, как сильно изменилась за этот короткий период. Совсем другой человек.
Я хочу уже закрыть дверь, но её придерживает чья-то рука в знакомой перчатке. От изумления я отскакиваю в сторону, а когда вижу лицо человека перед собой, едва не вскрикиваю.
– Успокойся, птичка, – усмехается Джаспер, не позволяя мне захлопнуть дверь.
– Какого хрена?! – Я хватаю первое, что попадается под руку, и прикрываю своё полуобнажённое тело.
– Думаешь, я никогда не видел груди? – хохочет он. – Или женские ноги?
– Я повторяю: какого хрена?!
Платье, доходящее до колен, которое я вынула из принесённой мне минуту назад стопки, едва прикрывает часть трусиков, потому что я отдала предпочтение тому, чтобы сперва избавить Джаспера от лицезрения моей груди.
– Пришёл сообщить, что Нейтан с Зайдом приехали, – сообщает Джаспер. – Как они сказали мне, к тебе и к Гаю.
Я хмурюсь, почти даже забываю о том, в каком виде сейчас перед ним стою. В коридоре слабый желтоватый свет, который падает на лицо парня, создавая тени, и я вижу, что он серьёзен. И эта серьёзность меня и пугает.
– В каком смысле? А Вистан? Он…
– Босс отъехал по делам ещё час назад, моя дорогая, так что натягивай на свою чудную фигурку одежду, и жду тебя на первом этаже.
– Зачем ты всё это делаешь? – недоверчиво спрашиваю я.
Джаспер кратко усмехается:
– Может быть, я хочу быть твоим другом?
– Хер тебе в рот, а не дружба.
Он наигранно морщится, будто от отвращения, и, цокая языком, произносит:
– Как некультурно. Девушка не должна так разговаривать. Тебе нужно прекращать общение с мистером Парсой.
– Зачем они приехали?
– Спроси у них сама. Я жду на первом этаже. Поторапливайся. Я дал им полчаса на всё про всё.
И затем он уходит, больше ничего мне не сказав.
