Ключи были только у Чжимо и Наин. Когда Наин пошла в школу, Чжимо подарила ей копию ключей вместе с рюкзаком и сказала, что оранжерея теперь принадлежит им двоим. «Ты всегда можешь прийти сюда, даже если меня нет». – Наин и сейчас помнила ее слова.
– Твоя тетя дала их мне.
– Почему?
– Потому что она передала оранжерею мне.
– Оранжерею?! – закричала Наин.
Сынтэк мягко прикрыл уши руками и кивнул. Наин не могла смириться с тем, что Чжимо передала оранжерею ему, когда она сама должна быть здесь, и продолжала засыпать парня вопросами. Но Сынтэк молчал, все так же прикрывая уши. Лишь дождавшись, когда ее гнев утихнет, он начал говорить:
– Если ты разозлишься, мне велели тебе передать.
– Что?
– «Ты все равно не будешь следить за оранжереей».
Наин не смогла возразить. Сынтэк сказал, что тоже не знает, куда ушла Чжимо. Она лишь вручила ему ключи, попросив присмотреть за всем здесь. Сынтэк планировал продолжать продавать растения. Он не учился в школе и мог заботиться о цветах так же хорошо, как Чжимо.
– Но ты же собирался уехать отсюда?
– Пока отложил это.
– Отложил?
– Да, на время.
Сынтэк сказал, что собирается прибраться и, если Наин не хочет помогать, ей лучше уйти. Наин без колебаний встала, пожелала ему удачи и вышла из оранжереи. Несмотря на то что Сынтэк получил оранжерею, Наин все еще могла приходить туда, и, хотя она сама не могла управлять всем так же хорошо, как Чжимо или Сынтэк, чувство обиды все равно не покидало ее. Наин медленно отошла от оранжереи, останавливаясь через каждые несколько шагов, чтобы еще раз оглянуться. Чжимо обосновалась на этой мертвой земле, чтобы вырастить Наин. Чтобы Наин могла пустить корни и жить. Обдумав это, Наин решила, что когда Чжимо вернется, то обязательно расскажет ей, что теперь крепко укоренилась здесь.
На следующий день к Наин пришла Мирэ. В прогнозе погоды обещали, что к ночи пойдет дождь, и к восьми часам вечера крупные капли действительно забарабанили в стекло. Наин, слушая мерный шум, заметила, что окно в соседней комнате открыто. Она побежала закрыть его и увидела снаружи знакомый зонт.
– Мирэ!
Подруга, стоявшая у ворот, подняла голову.
– Ты ко мне пришла?
Мирэ кивнула. Она сказала, что из-за расследования ее мать уже несколько дней не появлялась дома, и попросилась на ночевку. Нужные вещи уже были у нее с собой. Мирэ также сказала, что виделась с отцом. Тогда Наин поняла, почему Мирэ пришла к ней. Она заварила две тарелки лапши и порезала арбуз на десерт. Несмотря на то что Мирэ сначала говорила, что не голодна, она съела все и улеглась на диван. Закончив мыть посуду, Наин вернулась в гостиную и села напротив Мирэ, немного стесняясь. Та, закрыв глаза, гладила свой полный живот. Наин уже хотела было предложить посмотреть какой-нибудь фильм, чтобы поднять настроение подруге, когда Мирэ, словно прочитав ее мысли, заговорила:
– Со мной все нормально, не беспокойся. Йоханна ненадолго уехала в командировку, но мы на связи, так что я пришла не потому, что мне грустно.
Мирэ все еще не открывала глаз.
– Скоро я усну, так что не переживай за меня. Правда, все в порядке.
– Теперь тебе… нормально видеться с отцом?
Мирэ сказала, что ее отец выглядит одиноким. И таким слабым, будто может умереть в любой момент. Это огорчало Мирэ.
– А что поделать.
Затем она продолжила:
– Завтра будет лучше, чем сегодня. Я так думаю. Иногда мне кажется, что я слишком мало времени проводила с отцом, а иногда он все еще видится мне слабым человеком, который не может справиться даже с собственным одиночеством. Это беспокоит меня, но что поделать. Все равно нужно верить, что завтра будет лучше. И если случится что-то плохое, я просто выдержу это.
Мирэ, которая всегда казалась взрослой, на самом деле больше всех боялась несчастий, которые могут прийти завтра. Но, несмотря на это, она стойко переносила свой страх. Мирэ положила руку на голову Наин.
– Эй, инопланетянка.
– Да, это так, но звучит странно.
– Удивительно. Моя подруга – инопланетянка. Ю Наин просто не может оставаться равнодушной к несправедливости, она такая глупышка. Но знаешь, кажется, герои всегда такие.
Мирэ мягко похлопывала Наин по голове.
– Ты молодец. Когда ты ударила Квон Тохёна в живот, это было очень круто.
Затылок у Наин будто обожгло огнем. Она бросила взгляд на Мирэ. Та все еще не открывала глаза, – к счастью, потому что Наин была уверена, что покраснела. Внезапно она захотела задать один вопрос. Но для этого нужно было начать с разговора о Хёнчжэ – сказать, что она теперь в курсе, что он собирается учиться за границей и что он признался Мирэ, но был отвергнут. Только после этого Наин могла спросить Мирэ: «Кто тебе нравится?» Но она решила не спрашивать и отвернулась. Подруга все равно рано или поздно скажет ей. Когда-нибудь.
– Мирэ.
Рука Мирэ, которая хлопала по голове Наин, замерла. Судя по тому, что ее дыхание стало ровным, подруга уснула. Но Наин все равно нужно было сказать, что у нее на душе.
– Спасибо за то, что ты всегда мне веришь.
