Главный город Эриду, который являлся также и столицей Федерации, чем-то напомнил Аллане города, что строили обитатели шестой планеты Ард Осарци. Те тоже были помешаны на экологии и гармонии с природой, только там свой колорит вносило ещё и то обстоятельство, что жители Баэриша были негуманоидами. Эриду же была заселена потомками терран, хотя на планете присутствовало и инопланетное население, которое составляло почти восемь с половиной процентов от общего числа жителей. Все населённые пункты здесь были так гармонично вписаны в окружающий ландшафт, что создавалось впечатление, что и растения, и здания появились на Эриду одновременно. Даже посадочные платформы космопортов на планете были очень удачно встроены в окружающую обстановку и почти не создавали ощущение чужеродности, которое явственно чувствовалось на таких до предела урбанизированных мирах, как Салуза или Оскастейнар. Там растительность вокруг портов и городов казалась какими-то клумбами, специально разбитыми для того, чтобы облагородить бесконечные городские пейзажи. Здесь же всё было ровно наоборот.
Миновав цепочку боевых орбитальных станций, расположенных на синхроорбите, корабль Кесслера нырнул в плотную атмосферу Эриду и взял курс на расположенный в северном полушарии планеты город Ниппур – столицу Федерации Эриду. До сего момента Аллана ни разу не бывала в этой части Галактики и сейчас с интересом рассматривала панораму, что открывалась в бронированных иллюминаторах кабины «Охотника».
Б
Звездолёт, следуя по одному из посадочных коридоров, неспешно снизился до высоты в две тысячи метров и, убавив скорость едва ли не до скорости аэроджипа, взял курс на уже видимые вдали посадочные платформы космопорта Циллуш-Даган, что располагался по обеим берегам реки Пелерван. Движение в районе космопорта было довольно интенсивным, поэтому, подчиняясь требованиям диспетчерской службы, Кесслер перевёл управление кораблём на ИИ-диспетчера и откинулся в кресле, внимательно следя за процедурой посадки, готовый в любой момент снова взять на себя управление звездолётом.
Однако всё прошло без каких-либо осложнений. Ведомый ИИ-диспетчером, «Охотник» спокойно завершил посадочный манёвр и плавно опустился на расположенную высоко над сине-зелёным морем растительности платформу. Но дакарец не спешил выходить наружу, а на вопрос Алланы, почему он никуда не спешит, пояснил, что ждёт визита на борт инспектора таможенной полиции. Новая Дакара не являлась планетой Федерации и поэтому сойти с корабля Кесслер и Аллана могли лишь после того, как местные власти проверят их документы и осмотрят корабль на предмет наличия запрещённых товаров или технологий. Или и того и другого.
Долго ждать представителя местных властей им не пришлось. Спустя семь минут после того, как посадочные опоры «Охотника» коснулись металлической поверхности платформы, в рубке звездолёта раздался сигнал, свидетельствующий, что кто-то стоит у внешнего люка и изъявляет желание подняться на борт. Дитрих, протянув руку к пульту управления, тронул какой-то сенсор и усмехнулся.
Инспектор таможенной полиции оказался отнюдь не эридуанцем. Ничего необычного в этом не было, разве только то обстоятельство, что инспектор принадлежал к расе жероахри, происходившей с планеты Цитонори, что была расположена в рассеянном звёздном скоплении Угольный Мешок, почти на самом краю спирального рукава Щита-Центавра. Кесслеру было хорошо известно, что жероахри, равно как и пашти, нечастые гости на галактической сцене. Их родной мир был довольно суровой гористой планетой, сорок тысяч лет назад пережившей космическую катастрофу – столкновение с крупным астероидом. Скопление Угольный Мешок формально считалось нейтральной независимой территорией, однако ни для кого в Триумвирате не являлось секретом, что Федерация Эриду давно имеет виды на данный район космоса. Более того – эридуанцы несколько лет назад основали форпост на одной из планет скопления, чем недвусмысленно подчеркнули свои претензии на Угольный Мешок.
Таможенник, войдя в отсек управления, остановился на пороге и внимательно оглядел дакарца и леронийку своими пронзительными синими глазами, после чего произнёс на эридуанском базовом с заметным акцентом: