— Для патрульных, как мне кажется, знания, не полученные в Академии, не так важны.
— А дельные ребята там должны быть, — поддержал Фия Крейл.
Под двойным напором начальник сдался, для вида посверлив обоих заместителей взглядом и недовольно хмыкнув.
— Хорошо, Берти, займешься этим. У тебя ведь сын в Академии учится.
— Да, на третьем курсе.
— Так вот каких дельных ребят ты имел в виду, — развеселился Чесэр.
— Не тех, — отрезал Крейл. — Но я поговорю с сыном. А ты сначала приказ оформи.
— Оформлю, не ворчи. К зиме будет у тебя распоряжение, а у меня — смышленые ребята для патруля. Хорошо ты все-таки сына пристроил.
— Он сам, — тяжело вздохнул Альберт. — Да ты и хорошо. У тебя же самого внук в Академию поступил?
— Уже рассказал, Фий? — при этих словах Йекати сделал невинный и непричастный вид. Чесэр хмыкнул. — Да, поступил. Но не на наш факультет, а на архитектурный.
— Хороший мальчик, — одобрительно заметил Фий под тихий вздох Альберта, вспоминающего своего сына. Вот его мальчика хорошим никогда бы и никто не назвал, мирная и спокойная жизнь Лена не устраивала, поэтому его отец не удивился, если бы узнал, что вместо здорового ночного сна или корпения над книгами, тот, к примеру, шатается пьяным по городу и орет почище мартовских котов. Так что идея Зелана ему понравилась: следует пустить энергию дорогого сына в нужное русло.
— Ладно, личное — дома, давайте о нападениях, — быстро свернул с больной темы Чесэр. Ему хватало того, что эта «больная тема» дома постоянно становилась причиной скандала. Что поделать, растить взрослого внука после смерти дочери оказалось тяжело, особенно, когда ты — начальник Управления, неделями пропадающий на работе, а у мальчишки характер как у злого дракона. — Зацепки?
— Никаких, — хмуро ответил Крейл. — Свидетелей нет — слишком благополучный район. В Квартале Ремесленников и грабителей почти нет, все жители ложатся рано, по ночам никуда не ходят. Кроме целительниц, они работали в городском лазарете, направлялись домой. Ничего необычного, но маршрут, как выяснили у их подруг, не постоянный, поэтому вероятность, что целью были именно они, небольшая.
— Могли проследить.
— Могли. С первыми жертвами их ничего не связывает. Совпадает лишь пол, даже возраст разный…
— Сила, — прошелестел Фий, открывая глаза. — Сильные ауры.
Мужчины задумались на пару секунд, и Чесэр кивнул:
— Верно, у всех шести должен быть неслабый магический фон. Целительницы и служительницы Света, как никак.
— Для Рестании — ничего необычного, — не согласился Крейл. — У любой эльфийки или нимфы аура сияет в сто раз ярче.
— А ты пойди и найди одинокую беспомощную эльфийку в Рестании, — фыркнул кот, вновь принимаясь потирать притихшую было спину. — Их, знаешь ли, даже у нас не так много. Про нимф я промолчу: они из своих лесов практически не вылезают. Да и по трое их мало ходит, а у убийц, как мы видим, есть свой почерк. К слову о них: след опять не взяли?
— Нет, оборотни не смогли.
— Как и в первый раз. Запах, говоришь, странный?
— Лаэта так утверждает, но чем странный не знает, — тяжело вздохнул Крейл. — И с количеством она тоже не определилась. Сказала, что точно двое, потом помялась, и уточнила, что, может быть, трое. Опять же, почему она не знает.
— Плохо дело.
— Плохо будет, когда им станет мало, — опять заговорил Фий. Он взглянул на товарищей своими серебристыми глазами, которые казались двумя большими стеклянными на маленьком сморщенном личике. — Когда сильнее станут их жертвы.
— Не дайте Забытые Боги! — в сердцах воскликнул Чесэр. — Тогда об этом точно пронюхает Орден, и мы не выгребем.
С давних пор среди работников Управления не было особой любви к паладинам. Слишком разные цели они преследовали, но слишком часто пересекались, чтобы хорошо относиться друг к другу. Поэтому, когда возникали скользкие ситуации, и следовало сообщить о преступлении Ордену, Управление часто «забывало» это сделать. В итоге, нередко паладины прибывали на место тогда, когда было поздно.
— Не пронюхает, — успокоил его Крейл. — Нападения произошли в разных Кварталах, слухи еще не скоро свяжут их, а пока это очередное убийство в Рестании. Их у нас по двадцать штук на день.
Фий тихо вздохнул, вспоминая молодость.
