Женщина колебалась, но понимала, что действительно всем находиться в больнице — не было никакого смысла.
— Хорошо. Только рано утром я вернусь.
Сабрина поцеловала ее в щеку, попрощалась с Энрике, и зашла в палату.
Энрике взял Кристину под руку, и они пошли вниз. Подойдя к машине, он помог ей сесть, закрыл за ней дверь. Кристина устало откинулась на спинку сиденья.
— Ты очень устала, хоть и держалась перед дочерью, — заметил Энрике и завел машину и выехал со стоянки.
— Спасибо, что приехал. Извини, что мы потревожили тебя ночью.
— Все в порядке, для этого и существуют друзья, чтобы помогать.
— Ты хороший друг.
— Просто друг. Ничего более.
— Извини.
— Тебе не за что просить прощения. Извини ты меня, но скажи, что тебя связывает с Роберто? — Энрике все-таки решился задать ей этот вопрос.
— О чем ты? — в ее голосе слышалось напряжение.
— Я не слепой, я же вижу, как вы смотрите друг на друга. Это не просто интерес.
Кристина молчала. Она отвернулась и посмотрела в окно, на мелькающие огни ночного города. Женщина раздумывала, что сказать Энрике. Промолчать, значит дать ему шанс, но она не могла этого позволить, чтобы Энрике на что-то мог рассчитывать.
— Я его любила. Очень сильно. Очень давно.
— Как и он тебя. Очень сильно. Очень давно, — повторил Энрике.
— Прости меня.
— Нет. Это ты прости меня. Теперь мне многое понятно. Поведение Роберто.
— Между нами ничего не может быть.
— Не думаю, что ты сейчас говоришь правду, — Энрике тронул ее за руку. — Не надо. У вас очень много проблем, но вас тянет к друг другу. Не отрицай, — он смотрел на дорогу.
— Я ничего не знаю, не хочу думать. Все так сложно и запутанно. Для меня главное — это мои дети. Их счастье. Все остальное неважно.
— Счастье. Это такое непонятное слово. Что это?
— Для каждого оно свое.
— А твое? Какое оно?
— Мои дети.
— Нет. Дети — это главное в жизни, они дополняют ее. Без тебя самой — твоя жизнь пуста.
— Ты странно говоришь Энрике.
— Ты еще сама не знаешь, но все уже предопределено. Я знаю Роберто, если он еще любит тебя, то он вернет то, что потерял. Он перевернет весь мир, но добьется того, чего хочет.
— Не все так просто. Да и потом о какой любви идет речь? Он женатый человек.
— Мы сами создаем себе проблемы. Вопрос его статуса — я не считаю уж такой большой проблемой, тем более. Что его отношения с женой…
— Мы не в праве вмешиваться в их отношения, — перебила его Кристина.
— А кто вмешивается? Я говорю то, что вижу. Они чужие друг другу люди.
— Не нам об этом судить.
— Кристина, позволь себе стать счастливой.
— Я никогда не смогу изменить свою жизнь. Свое прошлое.
— То, что было — ты права — невозможно изменить. Но можно изменить свое отношение к произошедшему, свое восприятие и постараться жить с новым чувствами, новыми эмоциями.
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
— Знаю, поверь, все можно изменить, — Энрике остановился около дома Кристины. — Я же говорил, что Роберто добьется того, что хочет.
— Ты о чем? — Кристина не поняла его.
Энрике показал на стоящую у ее дома машину Роберто.
— Он приехал скорее всего проведать Викторию. Она у нас. Даниэль ее привез.
— Да, скорее всего ты права, — улыбнулся Энрике, он не стал ей говорить, что в ее доме не горит свет. Это их жизнь, пусть сами разберутся, что они хотят. — Не буду больше тебя задерживать.
— Спасибо, что подвез, — Кристина вышла из машины. Энрике тут же уехал, понимая, что Кристина никогда не будет его.
Женщина еще раз посмотрела на машину Роба. Он приехал к Виктории, другого объяснения просто не может быть. Кристина зашла в дом. Поднялась на верх. Приоткрыв комнату Даниэля, она заглянула. Дети спали. Все было в порядке. Тогда, где находится Роберто? Она заглянула в комнату Сабрины, Карлоса, его нигде не было. Она зашла в свою комнату. Роберто спал в кресле. Кристине стало его жалко. У него был такой измотанный вид. Она подошла к нему и расслабила галстук сильнее. Осторожно его сняла. Взяв подушку с дивана, она постаралась пристроить ее под его голову. Роберто проснулся.
— Что случилось? — он не сразу понял, где находится. — Где я? — он потянулся. — Кристина?
— Ты уснул у меня в комнате, — тихо сказала Кристина. — Уже поздно. Может, ляжешь на кровать?
— Прости, я заехал проведать Викторию и собирался потом поехать в больницу. Присел немного отдохнуть и уснул, — у него не было сил встать. — Спасибо за приглашение, — он чуть прищурил глаза, в которых загорелся веселый огонек.
— Комната Карлоса свободна, — твердо сказала Кристина. — Я постелю тебе там, — Кристина хотела выйти.
— Перестань. Хватит, — он сказал небрежно, вставая с кресла. — Как Карлос?
— С ним осталась Сабрина. Он спит.
— Значит и нам надо немного отдохнуть, — он стал снимать пиджак.
— Что ты делаешь?
— Раздеваюсь. Спать в одежде не очень-то удобно.
— Ты же не собираешься спать в этой комнате?
— Кристина, ты сама сказала, что уже поздно. Я собираюсь лечь в постель, через несколько часов наступит утро. Хватит со мной препираться, ложись.
— Тогда я пойду в комнату к Сабрине. Она все равно осталась в больнице.