— А сейчас забрать приехали, — дополнил рассказ своего приятеля Серый. — И кукурузу мы вашу «не шевелили», как ты там, Петрович, в своих стихах распинался — все было чинно-благородно! Мы с понятием, мужики! Да и сколько раз друг помогали, чтобы просто так взять и насрать… Мы ж все свои — Нахаловские! Слушай, убери ствол — руки затекли.
— Это точно — свои… — произнес Валек, закидывая карабин на плечо. — Как так вышло-то? Случайно грохнули ублюдка?
— Если бы! — усмехнулся Борис, нервно закуривая. — Отмороженный какой-то типок попался! Словно из девяностых только вылез! Сначала к Катьке пристал… — Он глубоко затянулся. — Благо мы в «Мечте» возвращение с деляны отмечали… А этот шкаф шмалять начал… Чуть Чалого и Ильюху Сомова не завалил… Пришлось заземлить баклана, иначе бы он таких бед натворил…
— Ладно, Борис, понимаю… — Кивнул Валек. — Леха, Тимка! Выползайте уже, — распорядился он, когда опасность, по его мнению, миновала. Будь моя воля, я оставил бы Иваныча в засаде, на всякий, так сказать, пожарный. Но Вальку виднее, он этих мужиков, похоже, хорошо знает.
— Жмура вернете? — спросил Борис, когда мы вышли на дорогу.
— А вам он сильно нужен? — хохотнул Валек. — А то, боюсь, что в целости и сохранности вернуть уже не смогу!
— Да нахрена он нам сдался? — с негодованием воскликнул Серый. — Глаза бы его мои не видели! Целый день вместо законной пьянки сидим с Боряном на измене, да носимся, высунув языки!
— Ну, значит, не парьтесь — батёк мой его уже, наверное, на удобрения пустил. — Обрадовал лесорубов папахен. — И от машинки его вы бы избавились поскорее.
— Так прямо сейчас в тайгу и отгоним, Валентин Петрович! — пообещал Борис, с чувством пожимая руку Вальку. — От души, мужики, что Митрофанычу не сдали! Этот ментяра, даром, что старый хрыч, вцепился бы — мало никому бы не показалось…
— Не это главная проблема, Боря, — произнес Валек, закурив очередную сигарету, — не простой это уркаган был… Думается, что вскоре на его поиски сюда заявится целая бригада таких же отморозков!
— Пусть приезжают, — недобро оскалился Борис, — у нас им определенно понравится! Только поподробнее расскажи, чего сам знаешь…
[1] Правилка — уголовный самосуд (тюремный жаргон).
[2] Слегка переделанный отрывок из стихотворной сказки Петра Ершова «Конек-Горбунок», 1830 г.
[3] Бесогон — дурак (тюремный жаргон).
Найти в Нахаловке участковый пункт полиции оказалось действительно проще простого — он располагался в прямо в центре поселка, по соседству с Домом Культуры. Небольшой деревянный домик, выкрашенный в синий цвет и окруженный низеньким аккуратным заборчиком. Калитка, ведущая к деревянному крыльцу с навесом, была приглашающе открыта.
Света остановила машину рядом с калиткой, заглушила двигатель и вышла на улицу. Войдя внутрь микроскопического дворика, заботливо отсыпанного песком, она подошла к крыльцу. Над дверью была приколочена «вывеска», некогда бывшая красной, но давным-давно выгоревшая на солнце: «МУ МВД России „Нахаловское“. Отделение полиции № 27. Участковый пункт полиции».
— Похоже, нашла! — обрадованно произнесла она себе под нос и поднялась на крыльцо.
Дверь участкового пункта, к её большому сожалению, оказалась закрыта — Светлана несколько раз дернула её за ручку. Похоже, что местный участковый отсутствовал, по личным ли делам, либо по служебной необходимости — неизвестно. Светлана немного постояла во дворике, а затем обошла домик по кругу. Самое интересное обнаружилось с обратной стороны — там находилась вторая дверь в дом. И по всей видимости, с этой стороны полицейского участка кто-то жил. Об этом говорили развешанные на бельевых веревках «постирушки», слегка неухоженный небольшой сад и огород, чернеющий свежевскопанной землей и высоким сухим сорняком вдоль забора. Эту часть дома, в отличие от участкового пункта, защищал от чужих «уличных» глаз высокий и крепкий забор, правда, немного покосившийся местами. Еще двор заполняли какие-то постройки и домики непонятного Светлане назначения и неприглядного вида из неокрашенных досок, посеревших и потемневших от времени. Признаться, честно, она никогда не хотела бы проживать в таких ужасающих, на её взгляд условиях.
— Блин, и связи нет! — недовольно буркнула она, когда индикатор на мобилке показал абсолютное отсутствие сети. — Черт! Как же Игорьку сообщить-то, что все в порядке и я добралась? — Она подняла телефон над головой, и даже встала на цыпочки, но сеть так и не появилась. — Черт! — выругалась Света, которая даже и не думала, что существуют такие места, где, как и сто лет назад, мобильной связи попросту не существует. — Придется искать проводной телефон…
Она вернулась к двери участкового пункта, но так, как и раньше, оставалась запертой. Участковый инспектор Сильнягин не спешил появляться в «опорке», а продолжал слоняться где-то по деревне. Хотя, возможно, он занимался выполнением своих прямых служебных обязанностей — совершал обход или что-то еще, а не просто был баклуши.
