Но тот энергично затряс головой и главный сразу понял, что допеть песню в одиночестве ему не удастся.
– Слушаю тебя, Антон…
– Пётр Ильич, есть материал… Вы, конечно, слышали об убийстве бизнесмена Самарина?
– Самарина, Самарина… – забормотал, хмуря брови, главный. – Ну-ка, напомни…
Слушая Бубликова, Пётр Ильич чуть заметно покачивал в такт головой, и в задумчивости теребил мочку правого уха – верный знак того, что старый журналистский лис почуял запах жареного.
– После вечеринки? Хм! Это интересно… И даме предъявляют обвинение? А как же подписка о невыезде? Интересно… Азиатский союз организация не из простецких… Глубоко не уверен, что мы сможем узнать что-либо о сделке. Азиаты часто практикуют такие формы взаиморасчетов – не то что хвостов, следов и тех не найдёшь!
– Но не с нами же! – с чувством даже некоторого удовлетворения за отечественный бизнес возразил Бубликов. – А у нас о сделках лучше всех осведомлены уборщицы, электрики и прочий обслуживающий персонал. Шеф, если бы я смог туда попасть хоть в качестве полотёра…
Бубликов прекрасно знал, что Пётр Ильич Болотниковский был заядлым рыбаком, охотником, теннисистом и преферансистом, а также большим бабником и потому имел преогромное количество связей во всевозможных слоях общества. К слову, времени для занятий редакторскими обязанностями у него оставалось весьма мало.
– Что ж… – задумчиво протянул главред и побарабанил по роскошной столешнице, – над этим стоит подумать…
Думал Болотниковский не особенно долго. Сделав пару телефонных звонков, он с заговорщицкой ухмылкой развернулся к изнывающему от любопытства сотруднику:
– Ну, Антон Антонович, как у нас взаимоотношения с электричеством? – В ответ Бубликов счастливо расплылся от уха до уха. Меж тем Пётр Ильич шлёпнул пальцем по клавише переговорного устройства: – Дашенька, оформите Антону Антоновичу Бубликову командировку в Тулу… Кондитерская фабрика… Да, неделя… две… Да, я подпишу…
Бубликов едва не заплясал от радостного нетерпения, охватившего журналистскую душу. Однако Болотниковский, глянув на него, сердито ткнул пальцем:
– Сядь, Антон! Мне особо намекнули, что «Ормитс Стэт корпорейшн» не относится к компаниям, приходящим в восторг от журналистских расследований. Так что не вздумай корчить из себя Джеймса Бонда! Думаю, ты и сам понимаешь, что никаких кредитных карточек, наворочанных мобильников и документов на машину у тебя с собой быть не должно. Если и в самом деле хочешь взяться за это, пекись о своих конечностях самым трепетным образом! Мне грех на душу не нать!
– Об этом я уже давно догадался! – чуть слышно хмыкнул наш журналюга.
Шеф был порядочный перестраховщик и, если бы услышал всю историю целиком, получить от него «добро» было бы гораздо труднее.
Таким образом, наш героический одноклассник ушёл в самую настоящую разведку, официально разглядывая пряники на кондитерской фабрике где-то под городом Тулой.
– Меня устроили в дежурную бригаду… Здание у компании огромное, то лампочка перегорит, то розетка сдохнет… Электрикам всегда есть, чем заняться. Однако провода по «Ормитсу» таскать без толку можно было целый месяц… – Бублик окинул нас озорным взглядом, – поэтому на второй день пришлось по окончании рабочего времени наведаться в приёмную Самарина.
– Зачем? – дружно не поняли мы.
– Затем! – пожал тот плечами. – Шефа хоть и хлопнули, но дело-то не стоит, секретарша на работу выходит! Шикарная дама, доложу я вам! Так вот… У неё на столе лампа такая роскошная. Я в шнур булавочку пристроил, а кончики обкусил… На следующий день она у неё и бахнула! Нас, конечно, срочно вызвали. Дама, понятное дело, перепугана. Пришлось мне её успокоить, за жизнь поговорить…
– Маргариту Терентьевну? – невинным голоском уточнила глупая Алиска, и глаза у Бублика едва не вывалились.
Я в досаде крякнула и покосилась на подругу. Ну кто её вечно за язык тянет?
Когда Бублик узнал, что мы с Лисой в течение часа узнали то, на что у него ушла неделя, он вознегодовал:
– Я же сказал вам на месте сидеть! Куда вы лезете? Ждете, чтобы вам башку отвернули?
Негодующего журналиста, изобличающе ткнув в Лису пальцем, перебил Витька:
– Так про умирающего старикана ты насвистела?
После чего я сразу догадалась, что нам снова попадёт. Так и вышло.
– И какого лешего вы нас разводили? – возмущенно вопрошал Митька. – Сказали бы сразу толком! Мы ведь и правда, думали, что тут амуры с придурком! У нас ведь сборы на носу! Не сегодня-завтра нас Макароныч сдёрнет! И что хорошего?
Ничего хорошего в этом действительно не было. Близнецы нам, конечно, здорово надоели, зато с ними было совсем не страшно. И хотя теперь здесь снова появился Бубликов, как охранник в расчет он не шёл.
И тут, словно подтверждая Митькины слова, в кармане у него зазвенел сотовый.
– Да? – отозвался Митька, прижимая телефон к уху. – Да, Михал Ароныч, здравствуйте!
Я чертыхнулась. Макароныч – тренер близнецов по кикбоксингу. Это значило, что они действительно нас покинут по первому же его требованию.
Митька ещё поугукал в трубку и дал отбой. Оглядел нас и язвительно осведомился:
– И что я говорил?
