В этот момент чувствую, как Кирилл разворачивает меня к себе. Поднимает вверх мое лицо, обжигает своим горячим надсадным дыханием. Мы смотрим друг на друга. Я все вижу размыто, пытаюсь сфокусировать картинку, но не могу. Присмотревшись, понимаю, что его серые глаза стали практически чёрными, в них полыхает пламя. Что видит он в моих глазах, не знаю. Хочу просить, но не могу, у меня нет ни сил, ни голоса.
Следующие действия Кирилла меня повергают в полный транс. Я может и хочу все остановить, но ресурсы сопротивления исчерпаны в борьбе с самой собой и со своей слабостью. Я сдаюсь, принимая сначала в свой рот его язык, а потом позволяя ему ласкать свое лоно. От того, что Кирилл со мной делает, меня размазывает реально и ментально.
— Варюша, ты — такая страстная, темпераментная и очень сочная! Твоя смазка как слеза, только вязкая и тягучая. Ты очень вкусная и сладкая девочка! — шепчет нереальные для меня слова Кир, оторвавшись от моего лона и возвращаясь к моим губам.
Поднимаясь вверх, Кирилл автоматически подхватывает меня под попу и поднимает на уровень своего паха. Я совсем не чувствую себя. Мне жарко, все время проваливаюсь в какое-то марево забытья. Боясь упасть, крепко держусь за его шею. Он все время меня целует, облизывает мои губы своим языком.
— Кирилл, Кирилл, пожалуйста, еще, очень прошу тебя! — всхлипываю ему в рот.
Чувствую, что его член упирается во вход моего влагалища. Меня корежит от разрядов, сродни электрическим, низ моего живота закручен такой пружиной, что если она выстрелит, что я могу разорваться на части.
— Сейчас, моя девочка, сейчас, — поглаживая мою попу и поправляя свой член у моего входа, произносит Кир.
В мгновение истины, когда вот именно сейчас звенья цепи должны соединиться, от понимания, что мне нужно сказать ему правду, я резко прихожу в себя и просто истошно кричу.
— Нет, Кир! Нет! Прошу тебя! Стой!
— Малышка, почему — нет? Что не так? Мы же этого оба хотим! Ты этого сама хочешь! Или нет? — в недоумении произносит Кирилл
— Кир, да, я хочу, очень хочу! Но ещё я хочу быть честной с тобой. Я — девственница!
Выдохнув эти важные для нас обоих слова, чувствую, что Кирилл замирает.
Дорогие мои, ещё раз анонсирую свою группу в Телеге.
Новые главы обязательно будут, но в ближайшие 10 дней не так часто.
Обещаю, все начатые мной книги будут завершены.
С уважением, ваша МараЕ.
От слов Варвары резко столбенею. Сам не могу понять, как успеваю застыть практически в момент входа в щелочку. Даже свою руку, поглаживающую попу колибри, останавливаю просто в момент движения. Внутреннее ощущение, будто кто-то нажал на паузу, и мы оба зависаем, как кадр на стопе.
Сквозь шум льющейся воды чувствую около уха шмыганье и слышу всхлипывания. Въезжаю, что эти прямо-таки какие-то детские вибрации и звуки издает Дюймовочка. Подхватываю ее под попу второй рукой. Поправляю обмякшего младшего.
Понимаю, что с одной стороны, в принципе, мне пигалицу сейчас нужно послать в одинокое пешее путешествие без указания адреса. Нахера мне сдалась вторая девственница в моей жизни. Если честно, то я даже и не понимаю, что мне с ней делать, как себя вести, и на кой буй мне упала её девственность.
С другой стороны, не могу уложить в голове, что ей 27 лет, а она все еще целка. В башке крутятся вопросы: "Почему?" Как у такой красотки и умницы в возрасте сексуальной активности и никого нет? Может бракованная или обиженная? А вдруг у нее все же с головой все не айс?" Вопросов масса, ответов нихуя.
— Кир, — сквозь всхлип слышу голос пигалицы, — думаешь, что я — больная или бракованная раз почти в 27 все ещё девственница, да?
Удивляюсь, пиздец, она ещё и мысли мои читает. Её девственная чистота волнует и притягивает меня. Поэтому без ложной скромности, на самом деле, в моей голове все время лейтмотивом проходит, на кой ляд нужна девочке её невинность, если не для того, чтобы однажды стать спусковым крючком для такого похотливого самца, как я.
Между тем меня реально гложут раздумья, вступать ли с Дюймом в близость или нахуй. Прямо стою на распутье между "нет" и " да", но решить никак не могу. Понимаю, что для начала все же надо осмыслить случившееся. На прогон вариантов нужно немного больше времени, а у меня на руках, как ленивец, все ещё висит непорочный-Вареник. При чем, как понимаю, непорочный во всех местах, потому что целуется она тоже как школьница.
Гоняя мысли, начинаю снова поглаживать Варвару. Затем ставлю пигалицу на пол, беру гель и намыливаю её тело. Она совсем не сопротивляется, инициативы не проявляет. Стоит с опущенными плечами и с понурой головой, шмыгает носом и утирает под душевыми струями слезы.