— Я виноват, — наконец сказал он, обнял меня и заглянул в глаза. — Я очень виноват. Но я хочу быть с тобой. Всегда. Теперь я никуда не уйду. Я клянусь, Лин.
— Это все разговоры…
— Потому я и хочу, чтобы ты переехала ко мне. Увидишь меня в деле.
Звучало угрожающе…
— А потом? — спросила я тоном заправского вымогателя.
— А потом все, что ты захочешь, — ответил Женя и улыбнулся. — Хочешь, я завтра поговорю с мамой насчет нас?
Вот эта перспектива пугала меня больше остальных. Что тетя Люда скажет? Да она с ума сойдет и отравит нам существование года на два. Или три. А то и на всю жизнь… Если мы, конечно, будем всю жизнь вместе.
— Нет, тете Люде пока не говори, не надо, — я мотнула головой, выбралась из пледа и скользнула на Женю.
— Тебе же плохо, — пробормотал он между поцелуями.
Руки Жени скользнули по моей талии, ладони сжали бедра. Его тело подо мной было горячим, таким желанным. Я огладила его большие плечи и грудь, долго поцеловала и… Отстранилась.
Меня снова мутило, на этот раз от запаха выпитой текилы.
— Что? Опять? — Глаза Жени расширились.
— Больше не пей, хорошо?.. — выдавила я, торопливо слезла с Жени и побежала в туалет.
29 (обновление от 30.08)
Галя
Лина пришла ко мне вечером, часов после восьми. Пашки еще не было, Лиза осталась у тетки, и мы могли спокойно поговорить.
Ведь у меня были новости!
— В общем так, — сказала я, как только мы присели. Терпеть не могла, слова распирали меня изнутри! — На этой неделе я заметила, что меня подташнивает и слабость все время. Я подумала-подумала, и купила тест на беременность. Сижу, а использовать боюсь.
Лина замерла с широко раскрытыми глазами.
— И что?
— Ну что… — Я развела руками и улыбнулась. — Пописала, а там положительно! Представляешь?
Сестра побледнела. Хотела что-то сказать, но вместо этого сунула еще ложку шоколадного мороженого в рот.
Не такой реакции я ждала, если честно…
— Лина?
— Поздравляю! — опомнилась она и криво улыбнулась. — Я так за тебя рада, правда!
— Говори, — сказала я угрожающе. — В чем дело?
— Меня тоже тошнит… Кажется.
— Так кажется или тошнит?
Иногда мне казалось, что старшая сестра здесь я, а не Лина. Такие уж у нас были разные характеры: я, целеустремленная и прямая, как палка, и Лина — нежная, обидчивая и нерешительная. И не скажешь, что старше меня на год. Как начнет краснеть и хлопать ресницами, как парни тут же летят спасать печальную принцессу… Не зная, что покорить ее сердце очень и очень непросто.
А у кого-то, значит, это получилось?.. Вот это да!
— Может, тебе тест сделать? — предложила я между печеньем и глотком чая. Лина кивнула.
— Сделаю, конечно. Задержка пока небольшая…
— Небольшая — это какая?
Она пожала плечами.
— Не знаю, я за циклом не особо следила… Недели две, может.
Две недели?! Врет или правда не следила? Ее спокойствие просто потрясало. Казалось, что оно — как фарфоровая маска, вот-вот треснет пополам и слетит, обнажив черное лицо паники. Линка боялась до ужаса, просто вида не показывала.
— Это того парня ребенок, получается? — осторожно спросила я. — С которым ты рассталась.
— Мы помирились, — сообщила Лина, слопав еще мороженого.
— Так он же пьет! — изумилась я.
Сестра дернула плечом.
— Я пошутила.
Ничего себе шуточки. Она явно что-то недоговаривала.
— Скажи, я его знаю? — сощурилась я.
Взгляд Лины прыгнул вверх и вбок.
— Может быть.
— И кто он?
— Галя, давай не сейчас, ладно? Я потом вас познакомлю. — Лина вскочила со стула, открыла холодильник, повернувшись ко мне спиной, и принялась что-то там искать. — А у тебя есть еще мороженое? Мне кажется, я готова съесть целый килограмм…
Через час, когда пришел Паша, она засобиралась домой. Я хотела ее подвезти, но она отказалась.
— Там пробки, я на метро быстрей доеду, — улыбнулась, чмокнула меня в щечку и испарилась.
Здесь точно было что-то не так.
Лина
Когда я впервые увидела Женину квартиру, меня потрясли габариты. Три комнаты. Три. Комнаты. Зачем столько квадратных метров одному человеку, который все время в командировках, я понять не могла.
— А ты говоришь, что я не думаю о будущем, — назидательно сказал он мне и обвел руками гигантский холл. — Все для моей будущей семьи!
Меня снова тихо кольнуло: дети, Лина, дети, как ты с этим справишься? Но я отмахнулась от дурацких мыслей и принялась исследовать новый дом.
Женя любил минимализм. Это я поняла сразу, увидев выкрашенные в светло-серый стены и белую мебель — только самое необходимое. Два кресла, небольшой диван в гостиной. Огромная кровать и две тумбочки в спальной. Письменный стол и встроенные шкафы в третьей комнате. Из окон открывался потрясающий вид на неумолкающий Кутузовский проспект.
— И это все твое, — промурлыкал Женя мне на ухо, обняв меня сзади.
И это все — мое? Я не могла поверить, гладя его руки. Плевать на вид и квартиру, вот это — руки, плечи, идеальное тело и любимый голос — все это мое. И теперь мы живем вместе.
Какая-то сказка.
Когда я переехала, то в первую очередь разобрала шкаф. На это ушел день. Аккуратно сложенные, Женины вещи заняли не больше половины, а во второй половине спокойно уместилась моя одежда.
